30 нояб. 2016 г.

Атака на Касперскую

Сегодня сеть взвилась истерикой в отношении «Большой сестры», раскручивая статью с заголовком «Касперская заявила, что данные россиян должны принадлежать государству» и не удосуживаясь вчитаться в текст даже этой небольшой заметки. При том, что в ней есть ссылка на источник информации ТАСС с более развернутой позицией Н.Касперской:

Изначально в отношении определения "больших данных" было две полярных точки зрения...:

  • все пользовательские данные, которые собираются любыми средствами и техническими устройствами, предлагалось отнести к категории персональных данных... тогда получается, что, например, поисковые запросы становятся персональными данными, а это, конечно, не так.
  • об отсутствии каких-либо угроз в том, что иностранные компании обладают большим количеством данных россиян... такой подход также неверный.

Сейчас мы находимся на стадии дискуссии... более конкретные предложения по вопросу регулирования "больших данных" россиян будут сформулированы примерно через полгода.

Параллельно был опубликован отчет с видеозаписью (30 мин) ее же доклада на заседании Совета Федерации России 29.11.2016 (накануне нашумевшей публикации) по тематике информационной безопасности, где она рассказала много интересного. В том числе, описала информационную атаку, описание которой очень органично ложится на этот интернет-вой.

Я тоже задумался и понял, почему она пришла к такому неожиданному выводу.

Мощные информационные компании пылесосят почти весь Интернет-трафик. Известны случаи, когда девушке начинают предлагать средства для беременных до того, как она обратилась к врачу. Очень легко предположить возможность недружелюбных к стране и/или ее гражданам действий на основании анализа этих данных, добровольно переданных в чужие руки. Если иметь к ним доступ, есть возможность предугадать такую возможность и заблаговременно защититься. Если не иметь к ним доступ, то эти действия окажутся неожиданными, возможно скрытными и даже адресными. Можно играть в пацифизм и отрицать враждебные планы в современном мире, но прагматики вряд ли забудут, что на протяжении всей истории человечества главное применение любой новой технологии– получение односторонних преимуществ, силовое подавление или война.

Сначала мысли приходят про основные источники больших данных– Google, Apple, Microsoft, Amazon... Потом вспоминаешь конкурентов у нас и в Китае. Начинаешь думать, что их надо как-то убедить раскрыться. Но тут же вспоминаешь, что любой сетевой бизнес сегодня ищет способы монетизировать невидимые данные о клиенте, чем брать с него живые деньги. Люди не задумываются и даже не догадываются, какую информацию о них собирают и как ее хотят монетизировать. Это часто ограничивается исключительно личной порядочностью конкретного предпринимателя. Но кто завтра будет владеть его продуктом и, значит, собираемыми данными? Кому и зачем их завтра продадут, украдут? Многие смирились с прозрачностью своей жизни в сети и перестали беспокоиться о своих данных. Все ли к этому готовы?

И тогда начинаешь понимать смысл фразы Касперской о провозглашении государства собственником этих данных. Государство по Конституции отвечает за безопасность своих граждан. Раз граждане сами не могут обеспечить свою безопасность при передаче данных, государство берет на себя вопрос регулирования данных. Оно считает, что не может допустить возможности внешнего воздействия на своих граждан, которому нет противодействия. Кроме того, объявляя себя собственником сетевых данных своих граждан, государство снимает вопрос с моделей монетизации сбора этих данных: втихую торговать личной информацией мимо государства уже станет невозможно.

Беда в том, что государство не абстракция, а конкретные люди. Беда в том, что на разных этапах, какие бы люди не были во власти, простые люди избегают отдавать свои данные государству– часто это более чревато, чем бизнесу, хотя, как повезет. Большой брат обычно выступает в лице государства– и это совсем не то государство, которое многие возражающие хотят.

Меня возмутил оголтелый наезд на хорошего специалиста, который честно говорит, что не знает, как правильно поступить, но так просто оставлять проблему нельзя. Есть риск, что стремящееся к контролю за всем государство ухватится за эту идею и реализует ее, несмотря на все наши опасения. Как узаконили идиотский закон «О персональных данных», хотя можно сделать намного умнее, и закон Яровой. Касперская вынесла свои опасения в открытое пространство, чтобы больше людей смогло принять участие в решении этой проблемы. Считаю, что молодец. Было бы намного хуже узнать о подобном решении после драки.

PS. Поразмыслив и поспорив в ФБ, пришел к мысли, что не зря эти соображения увязываются с 152-ФЗ. Можно не менее парадоксально описанные проблемы разрешить, если исправить 152-ФЗ в стиле описанного мной цифрового паспорта: все, кроме общегражданских данных, должно открыто вываливаться в сеть в обезличенном виде. Как минимум, все транзакции массовых сервисов. Каждая транзакция должна иметь уникальные идентификаторы, чтобы не было возможности увязать одних с другими. Скрывать нужно только соответствие случайных идентификаторов с идентификаторами клиентов. Это и задачи хранения упростит, и проблемы открытых данных решит, и закон о персональных данных сделает вменяемым для жизни– будет защищать данные людей, а не просто деньги выкалачивать из них ради соблюдения буквы и заработка безопасников.


PPS. Новое интервью как разговор слепого с глухим. Нужен выход на уровень выше.


P3S. Евгений Черешнев сильно ответил в ФБ. Ответ мне очень симпатичен, но требует полного пересмотра сложившейся практики.

=
[О безумном предложении Натальи Касперской «данные должны принадлежать государству»]
Disclaimer: то, что я пишу ниже не является официальной позицией компании «Лаборатория Касперского» и является моим личным и профессиональным мнением. Но молчать я не могу.
Сегодня Наталья Касперская выступила с заявлением о том, что пользовательские данные «должны принадлежать государству, так как пользователям они не принадлежат». Простите, но я не могу согласиться. Подобную позицию считаю не просто неконструктивной, но и опасной для страны и, в долгосрочной перспективе, - всего человечества.
Человек от природы наделен правом владения тем, что ему принадлежит – своим телом, своими поступками, своими мыслями, наконец – продуктами своего интеллектуального труда и вещами, которые он смог приобрести в обмен на действия своим телом и разумом. Более того, концепт собственности на свои мысли и поступки лежит в самой основе юридической концепции права – преступника сажают в тюрьму именно за то, что _именно_он убил человека, а владелец патента Y – получает комиссионные потому, что именно именно_он придумал запатентованную идею – она ЕГО. Считать, что распределение собственности на ПРАВО ВЫБОРА (как именно использовать свое время на Земле) может строиться по какому-то иному принципу = вмешиваться в природу вселенной, ибо моментально появляются лазейки – так, обладая всеми поведенческими данными на людей, их можно начать осуждать за то, чего они еще не сделали (и не факт, что сделают). На это не имеет права ни один индивидуум или организация.
Я два года провел с биочипом в руке – моя команда достаточно исследовала опасность тотальной слежки за человеком и возможных манипуляций с его поведением на основе анализа и модификации его поведенческих патернов. Я увидел возможное будущее и ужаснулся. Поэтому все мои силы, знания, эмоции, опыт, - брошены на недопущение этого будущего, где над человеком установлен тотальный контроль.
Я провел достаточно экспериментов над собой, чтобы иметь полное право на следующее профессиональное мнение: персональные данные являются неотъемлемой частью человеческого тела и его биологических показателей. Предлагаю отныне и впредь считать пользовательские данные слоем биологического ДНК. Цифровым ДНК, если угодно. И относиться к нему соответственно: эта уникальная для каждого из нас информация, записанная в нас (по сути, это так), должна физически и юридически принадлежать человеку, который ее производит. Ни одно государство или провайдер сервиса, никто в этой вселенной не должен иметь право полного и пожизненного доступа к цифровому ДНК человека без его осознанного согласия. Потому что, имея доступ к цифровому ДНК, можно идентифицировать любого человека в сети без логинов и паролей, можно управлять его желаниями, его путешествиями и перемещениями, его способностью к репродукции, его тягой к знаниям, искусству, его вредными привычками и зависимостями. И это не шутка.
Я подчеркну слово «осознанного», так как текущая ситуация, в которой пользователю не предоставляют выбора, но тыкают носом в ультиматум – «Примите пользовательское соглашение или в сервисе будет отказано», - неприменима и аномальна. Она в сути своей является таким же преступлением, как обмен золота на стекляшки у местного американского населения первыми конквистадорами, или обман ребенка, который может отдать вам что-то бесценное вроде гипотетических чертежей гипер-двигателя в обмен на конфету, просто потому, что он не понимает то, что он отдает.
Да, люди в массе своей не понимают ценность своих данных. Лишь единицы понимают, что это не просто аналог золота, данные – это новая единая универсальная валюта, новая нефть, единственное, что представляет ценность в подключенном к Сети мире. Но это НЕ ДАЕТ ПРАВА ОБМАНЫВАТЬ людей, вовлекать в схемы по условно-легальному отъему данных и, тем более, призывать человечество к цифровому коммунизму, - заявляя, что данные человека должны принадлежать государству. Этот концепт ущербен в сути своей и в долгосрочной перспективе приведет к цифровому рабству, ничему иному. Если данные будут принадлежать кому бы то ни было, кроме самих людей, система (не важно кто ее представляет, компания типа Goolge, или государство Х), - с гарантией 100% не сможет эти данные эффективно защищать (взломать можно все), но главное – оно сможет их использовать в эгоистичных интересах меньшинства – анализ больших данных позволит управлять ростом, развитием и поведением масс – мечта любой диктатуры, прекрасно описанная в романе «1984» Джоржа Оруелла (кто еще не читал – настоятельно рекомендую начать читать прямо сейчас, ибо мир 1984 – это именно то, к чему призывает Наталья Касперская).
Я не могу допустить ситуации, в которой права человека на иррациональное поведение и собственную свободу выбора являются предметом торговли людей, которым эти данные НЕ ПРИНАДЛЕЖАТ. ЭТО НЕ ИХ СОБСТВЕННОСТЬ И ОНИ НЕ ИМЕЮТ НА ЭТО ПРАВА! Так же, как глава совхоза не имел право на отъем частной собственности честного фермера в период «раскулачивания», нацистская Германия не имела права называть Польшу «восточным Рейхом», а компании типа Гербалайф не имеет права называть свою MLM-продукцию сертифицированными медикаментозными препаратами.
Нежелание и неспособность создавать революционные инновационные технологии, меняющие глобальную парадигму управления частной собственностью на цифровой ДНК, - не оправдывает популистских слоганов и призывов отдать данные в государственную собственность.
Всегда есть два пути, простой и правильный. В своей позиции, Наталья предлагает выбрать простой – насилие. Я от всего сердца публично говорю, что я с такой позицией не согласен. И что лично я сделаю все, что в моих силах, чтобы создать технологию, которая защищает людей от тотального контроля над цифровой личностью. Даже если на создание уйдет вся моя жизнь, миллиарды долларов и сотни споров, - я не остановлюсь.
И призываю всех применить свои знания и опыт к тому, чтобы помочь вернуть людям их природное право на то, чтобы никому ничего не объяснять. А не путем популистских слоганов обманом вовлекать государственных чиновников в принятие ошибочных решений, за которых их дети и внуки будут их ненавидеть всем сердцем. Государство это всегда бизнес. Бизнес не имеет ничего общего с задачей развития человечества как биологического вида. Бизнес – зарабатывает деньги. И один только этот аргумент не дает государству права на владение нашими цифровыми данными.
Ваш,
Евгений Черешнев
p.s. это не попытка обидеть кого бы то ни было -
это призыв думать масштабнее.

13 нояб. 2016 г.

Мерфи про ЭЖ из Вышки

Почти все худшие опасения про новые требования-рекомендации к ЭЖ отражены в опубликованных 10.11.2016 материалах, выполненных в рамках тендера. Только одно пока не сбылось: пока декларируется, что нет «рояля в кустах»– новой программной реализации ЭЖ, которая равнее всех других. Ничего из своих предложений не увидел.

Некоторый позитив можно отметить: в декларации попытки помочь школам выстроить работу по балансировке учебной нагрузки, хотя далеко не все выглядит бесспорным, находясь под заголовком «требования». При здравом подходе и отношении к тексту как рекомендации, практический опыт разумных педагогов может быть полезен. Особенно, поскольку предполагается практическое взаимодействие с участниками эксперимента. Однако текст называется «требования», а не »рекомендации». Повторяется двусмыслица московских «Рекомендаций к ЭЖ» 2013 года, написанных языком требований. Здесь наоборот: языком рекомендаций под названием «требования». При том, что закон 273-ФЗ «Об образовании в РФ» относит все обсуждаемые вопросы к компетенции самой школы. Это значит, что данный текст увеличит поток двусмысленностей в нашем «едином образовательном пространстве», которые приводят к чиновному произволу на местах, с одной стороны, и игнорированию практически всего текста, с другой. Другими словами, исполняться это не будет, но лишний повод «наехать» на школу появится.

Но методическая сторона работ по выстраиванию школами домашних заданий меня волнует гораздо меньше, чем технические требования, потому что, во-первых, это еще не окончательный вариант, а только первый блин– еще есть возможность внести правки, а во-вторых, не верю в широкое применение, поскольку есть гораздо более острые проблемы, чем перегруз на домашних заданиях. У учителей часто обратная проблема стоит– отбиться от родителей, которые считают, что задают на дом слишком мало.

Зато с техническими требованиями просто беда! Они дезавуируют даже то хорошее, что есть в действующих требованиях, которые не исполняются. Если сейчас теоретически можно апеллировать к требованиям и строить новое от них, то новый текст закрепляет нормативно тот произвол, который творится с ЭЖ. И это происходит во всех аспектах: и идеологическом, и техническом, и нормативном.

  1. Новый текст нивелирует различия журнала и дневника.

    Это не только смысловой аспект размывает (журнал– инструмент школы, а дневник– инструмент ученика), но и сужает пространство для технологического маневра: текст подталкивает к единому продукту, реализующему журнал и дневник, хотя несопоставимо гибче и перспективнее иметь разные продукты для разных целей. Никто не заставляет тех, кто реализовал обе функции в одном продукте, продолжать их так и развивать. При схлопывании различий мы неизбежно увидим раз за разом появление условий, которые этой разницы не предполагают, которые ограничат функциональность. Действующие требования подчеркнуто написаны в отношении только журнала! Подготовка к реализации госуслуги информирования родителей помогла вынести из требований дневник и отнести требования к нему в увязку с регламентом госуслуги. Единственное требование к дневнику в действующих требованиях, что они должны быть информационно совместимы, чтобы любой внешний вариант дневника мог автоматически пополняться данными из журнала. С 1.7.2014 госуслуги больше нет, но структурное различение разных продуктов ЭЖ и ЭД очень продуктивно и позволяет намного более эффективно и продуктивно выстраивать информационную среду. Например, легко представляю себе мобильное приложение ЭД, которое может взаимодействовать с любыми ЭЖ, что делает его независимым от конкретного ЭЖ, а «образовательное пространство» для его обладателя действительно «единым»: я могу переезжать из города в город, из школы в школу, из одного ЭЖ в другой, и пользоваться при этом одним и тем же дневником. Если же усилиями разработчиков новых требований схлопнут в единый продукт ЭЖ и ЭД, мы потеряем большую гибкость и удобство.

  2. В технических требованиях нет технических требований

    Действующие технические требования написаны на основе ГОСТ для технических документов. Плюс в том, что структура ГОСТ позволила не забыть никаких технических мелочей– там учли все важное. Недостаток текста на основе ГОСТ в том, что он очень громоздкий и «редкая птица долетит до середины Днепра». Есть презентация, в которой я постарался более наглядно показать особенности текста, но... Самое грустное, что указанные там технические требования не исполняются. В частности, там явно указано, что типовые операции при работе учителя с ЭЖ должны выполняться не дольше 5 секунд. Не исполняются и административные императивы– сменить вариант ЭЖ, если выбранный ранее не отвечает требованиям. А как его сменишь, если выбор навязан органом власти, а не самостоятельно выбран? В новом тексте выхвачен ничтожный кусок из действующих требований, которые ни на что не влияют в сложившихся отношениях, и только один свой добавлен, который для ряда применяемых ЭЖ бессмысленен: иметь копию облачных данных. И что с ними делать, если ЭЖ облачный? Если оператор не обеспечит адекватное администрирование, эта копия не спасет. Если оператор обеспечивает адекватное администрирование, то у него они и так есть. Локальная копия актуальна только для тех информационных систем, которые администрируются самостоятельно. Поэтому конкретное решение по обеспечению надежности функционирования определяет сама школа в зависимости от той системы, которую она использует. Зато конкретное требование о реакции ЭЖ в течение 5 секунд, как и все другие детально описанные в действующих требованиях, испарились вместе с императивом о смене ЭЖ. И хорошо– больше у органов власти не будет риска неудобных вопросов в отношении навязанных ими неуклюжих систем

  3. Даешь рекламу!

    До сих пор в ЭЖ оставался скользким вопрос о рекламе:

    • с одной стороны, закон о рекламе запрещает в учебных материалах размещать рекламу (часть 10 статьи 5 закона 38-ФЗ «О рекламе»),
    • а с другой стороны, во многих ЭЖ именно реклама позволяет производителям не брать оплату за пользование ЭЖ.

    Теперь обсуждаемый проект явно допускает использование рекламы в их монолитном «ЭЖиД». Молодцы, честные ребята: ведь, реклама в ЭЖ есть– значит, они делают благое дело и регулируют ее. Я бы понял запрет в учетных экранах учеников любую рекламу со ссылкой на закон– пусть родители наслаждаются на своих учетках. Понял бы тихое умолчание в ожидании неизбежного когда-то судебного иска. Но зачем подставляться самим и подставлять МОН?

  4. Допотопность требований к интерфейсу

    После многих лет работы с ЭЖ требовать стремления к идентичности внешнего вида ЭЖ с бумажным журналом– это архаизм и непонимание логики внедрения технологий, которую крайне странно видеть на страницах ВШЭ, которые позиционируют себя как технологических лидеров. Мы это упоминали в 2011, когда ЭЖ был диковиной для большинства. Но сейчас?! Особенно, в связи с внедрением федеральной системы учета обучающихся Контингент, которая при разумном применении могла бы совсем разгрузить школу и муниципальные органы от этой задачи и, соответственно, освободить ЭЖ от полных персональных данных. А коллеги в новом проекте уверенно требуют вносить в ЭЖ полные списки. Зачем?

  5. Грубейшее нарушение прав школы

    В отдельном тексте технических требований и во фрагменте методических требований, связанном с техническими требованиями, декларируется грубое вмешательство в компетенции образовательной организации, предусмотренные статьей 28 закона 273-ФЗ «Об образовании в РФ». Прежде всего, речь об ограничениях в праве определения образовательной политики, в том числе исправлений: писал явно бывший завуч, испорченный советскими правилами ведения журнала. Школа сама решает, как вести учет текущей успеваемости и промежуточной аттестации в полном объеме. Школа сама решает, как ей организовать контроль за учебной нагрузкой: норматив есть, все ответственные люди тоже есть.

  6. Ограничение конкуренции

    Учитывая полное право школы самостоятельно строить образовательную политику и способы ведения учета, дополнительные ограничения, вносимые проектом новых требований откровенно ограничивают права разработчиков в конкуренции за школы. Редкая школа позволит себе отстаивать свои законные компетенции, выбирая ЭЖ, при и так существующем давлении органов власти при внедрении информационных систем. Теперь они должны еще включать в себя «портфолио», конкретные способы учета трудозатрат на домашние задания, коммуникационные требования. Что такое «портфолио»? Кроме слова, ничего нормативного в отношении него нет в природе. Что должно быть в ЭЖ и зачем? Почему? Разве ЭЖ исчерпывает информационную среду школы? Почему коммуникации обязаны быть в ЭЖ или ЭД или «ЭЖиД»? Почему нельзя организовать коммуникацию в смежной специальной системе? Почему задания не могут регламентироваться, например, в системе СДО, а учет успеваемости и связанные с ним административные учетные задачи вестись в отдельном ЭЖ? Откуда и зачем в требованиях по ЭЖ требования к отчетности? Это все абсолютно пользовательские характеристики, по которым должна идти коммерческая конкуренция. Вместо «наложения рук» на горло разработчикам и школам нужно одернуть региональные органы власти, чтобы они обеспечили реальную конкуренцию разных продуктов ЭЖ и ЭД, а не нарушали законы и права школ, навязывая региональные информационные системы, которые совершенно обоснованно не регламентированы Правительством РФ.

  7. Откровенный регресс вместо продвижения

    Никак не ожидал от уважаемых лидеров разработки такого неквалифицированного и вредного текста. Он существенно ухудшает непростую ситуацию уничтожением полезных опор в действующих документах и появлением новых аморфных сущностей. Нормативная база электронного документооборота находится в очень плохом состоянии. Грустно, что она не улучшается. Возмутительно, что она может ухудшиться.

Гипотеза о рисках новых требований, к сожалению, подтверждается. Продукт не окончательный, значит, время еще есть. Свое представление о пользе я изложил (ссылка в преамбуле текста есть). Для пользы важна позиция МОН: без их регулирующих потенций пользу принести сложно. А навредить и без их участия можно.

PS. О методических аспектах и желательных рекомендациях к дневнику.

PPS. Ролик вебинара (YouTube) и комментарий (ФБ, август 2017)– скопирован в комментарий к этому посту.

9 нояб. 2016 г.

Учить по Азимову?

Неожиданная наводка на давно прочитанную повесть Азимова «Профессия» вызвала резонанс с текущими дискуссиями о перспективах развития системы образования. Если верить Википедии, впервые она была опубликована в июле 1957 года– почти 60 лет назад! Ключевой, на мой взгляд, конфликт, до боли напоминающий современный, сконцентрирован в следующей цитате:

Ленты попросту вредны. Они учат слишком многому и слишком легко. Человек, который получает знания с их помощью, не представляет, как можно учиться по-другому. Он способен заниматься только той профессией, которой его зарядили. А если бы, вместо того чтобы пичкать человека лентами, его заставили с самого начала учиться, так сказать вручную, он привык бы учиться самостоятельно и продолжал бы учиться дальше. Разве это не разумно? А когда эта привычка достаточно укрепится, человеку можно будет прививать небольшое количество знаний с помощью лент, чтобы заполнить пробелы или закрепить кое-какие детали. После этого он сможет учиться дальше самостоятельно. Таким способом вы могли бы научить металлургов, знающих спектрограф Хенслера, пользоваться спектрографом Бимена, и вам не пришлось бы прилетать на Землю за новыми моделями.

Два слова напоминания о конктексте. В далеком будущем всех с детства диагностируют на когнитивные способности и в соответствии с потребностями в кадрах распределяют по профессиям. Им закачивают знания с лент. Единичные экземпляры, способные на нестандартное обучение, отфильтровываются в изолированные спец группы, из которых потом формируется интеллектуальная элита, которая, в том числе, разрабатывает новые ленты. Приведена цитата героя повести Джорджа из числа отфильтрованных, пока он еще не понял, почему его изолировали. Он пытается внушить неразумность и неэффективность ленточного (стандартного) обучения. Безуспешно.

60 лет назад великий Азимов предсказывал стремление основной массы населения к необременительному стандартизованному образу жизни и обучения. И только сейчас мы сталкиваемся с конфликтом джорджей, призывающих строить гибкую систему образования на основе личных образовательных целей, с массой, которой нужна понятная и предсказуемая схема жизни. В точках развилки они предпочтут внешний приговор под пристойным обоснованием научных методик или коррупционный маневр для реализации социальных амбиций. Уже сейчас джорджи уходят из государственной школы и собирают конференции джорджанутых.

Может, прав Азимов и не стоит ломать копья за гибкую систему образования на основе личных образовательных траекторий? Выстроить систему фильтров и питомников без лишнего шума, и там учить элиту? Профильную школу власти давно признают– ее и строить по требуемым направлениям? Правда, ритм жизни 60 лет назад был несопоставимо размеренней и закачивать стандартные знания с лент до сих пор не научились и, боюсь, не научатся. Опять «загогулина, понимаешь».

1 нояб. 2016 г.

ЭЖ в доп.разъяснениях МОН и Профсоюза

Обращаю внимание на связанный с ведением ЭЖ раздел IV в новом тексте к письму Минобрнауки России и Общероссийского Профсоюза образования от 16 мая 2016 года №НТ-604/08/269 «О рекомендациях по сокращению и устранению избыточной отчётности учителей»: «Дополнительные разъяснения Профсоюза и Минобрнауки России по сокращению и устранению избыточной отчётности учителей»

Кроме сомнительных ссылок на протухшие госуслуги, очень хорошие дополнения-рекомендации. Надеюсь, их учтут при разработке новых рекомендаций к ЭЖ, которые пока оставляют желать лучшего. Но они пока в статусе черновика– это обнадеживает.

Напомню, что в свете ППРФ от 26.02.2014 N151 «О формировании и ведении базовых (отраслевых) перечней государственных и муниципальных услуг и работ...» ведомства должны были до 1 июля 2014 года составить и опубликовать их в соответствии с изложенными правилами. Все, кроме федеральных госуслуг, утвержденных в другом постановлении, должно отвечать новым ведомственным спискам. На сайте Минобрнауки России услуги информирования, упомянутой в распоряжении №729-р, нет. Значит, и услуги такой нет с 1.7.2014.

Во избежание ошибочных трактовок, привожу полный текст части 3 статьи 1 закона 210-ФЗ о праве на дополнительные госуслуги:

3. Услуги, предоставляемые государственными и муниципальными учреждениями и другими организациями, в которых размещается государственное задание (заказ) или муниципальное задание (заказ), подлежат включению в реестр государственных или муниципальных услуг и предоставляются в электронной форме в соответствии с настоящим Федеральным законом в том случае, если указанные услуги включены в перечень, установленный Правительством Российской Федерации. Высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации вправе утвердить дополнительный перечень услуг, оказываемых в субъекте Российской Федерации государственными и муниципальными учреждениями и другими организациями, в которых размещается государственное задание (заказ) субъекта Российской Федерации или муниципальное задание (заказ), подлежащих включению в реестр государственных или муниципальных услуг и предоставляемых в электронной форме в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Информирование учеников и родителей должно осуществляться на основании 273-ФЗ, причем на регулярной основе, поэтому нет оснований для превращения дневника в госуслугу, носящую, как правило, разовый характер. Включение информирования в список госуслуг сыграло позитивную роль в активизации деятельности по внедрению электронных дневников, но приобрело негативный насильственный характер. Сегодня стоит успокоить ситуацию, вернуть электронный дневник в режим внутренней коммуникации школы с учениками и их родителями. Где среда школы дозрела до электронных обменов, они сами введут удобный им способ обмена информацией в строгом соответствии с 273-ФЗ.

Если разрабатываемые новые требования к школьным журналам и дневникам сформулируют рекомендации по ведению электронных дневников и явно декларируют их внутришкольный характер, отмену дамоклова меча госуслуг, спадет ажиотаж и ситуация начнет саморегулироваться, приходить в норму.


IV. Осуществление контрольно-оценочной деятельности посредством электронного журнала и дневников обучающихся.

В соответствии с пунктом 4 части 3 статьи 44 Закона № 273 родители (законные представители) несовершеннолетних обучающихся имеют право знакомиться с оценками успеваемости своих детей.

Согласно пунктам 4, 28 и 60 распоряжения Правительства Российской Федерации от 25 апреля 2011 г. № 729-р в перечень услуг, оказываемых государственными и муниципальными учреждениями и другими организациями и предоставляемых в электронной форме, входит предоставление информации о текущей успеваемости учащегося, ведение дневника и журнала успеваемости.

Ведение электронного журнала и дневников обучающихся входит в должностные обязанности учителя.

В целях сокращения отчётности учителей при ведении электронного журнала и дневников обучающихся органам исполнительной власти и руководителям организаций предлагается:

  1. исключить практику дублирования ведения электронных и бумажных журналов и дневников, поскольку полный перевод в электронный вид государственных и муниципальных услуг по предоставлению информации о текущей успеваемости учащегося, ведению дневников и журналов успеваемости должен был завершиться к 1 января 2014 г. (письмо Минобрнауки России от 15 февраля2012г.№АП-147/07
    «О методических рекомендациях по внедрению систем ведения журналов успеваемости в электронном виде»);
  2. учесть, что согласно квалификационной характеристики должности «учитель» ведение электронных журналов и дневников обучающихся может быть включено в должностные обязанности учителя исключительно в рамках осуществления им контрольно-оценочной деятельности в образовательном процессе, в связи с чем в случае утверждения дополнительного перечня услуг, оказываемых в субъекте Российской Федерации государственными и муниципальными учреждениями и другими организациями1, осуществление учителями при ведении электронного журнала и дневников обучающихся иных видов деятельности, кроме контрольно-оценочной, не предполагается;
  3. исключить практику обязательного ведения учителями вспомогательных рубрик электронного журнала и дневников обучающихся2, так как в части осуществления учителем контрольно-оценочной деятельности в условиях информационно-коммуникационных технологий (далее – ИКТ) родителям (законным представителям) несовершеннолетних обучающихся гарантировано лишь право знакомиться с оценками успеваемости своих детей (пункт 4 части 3 статьи 44 Закона № 273), а осуществление иной связи учителя с родителями (лицами, их заменяющими) не требует обязательного использования учителем ИКТ;
  4. обеспечить установление адекватных для соблюдения учителями сроков выставления ими оценок успеваемости3 (например, при обучении по образовательным программам начального общего образования – в течение 3 календарных дней, а по образовательным программам основного общего и среднего общего образования – в течение 7 календарных дней, но не позднее даты проведения промежуточной аттестации обучающихся).

1 В соответствии с частью 3 статьи 1 Федерального закона от 27 июля 2010 г. № 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг» (далее – Закон № 210) высший исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации вправе утвердить дополнительный перечень услуг, оказываемых в субъекте Российской Федерации государственными и муниципальными учреждениями и другими организациями, в которых размещается государственное задание (заказ) субъекта Российской Федерации или муниципальное задание (заказ), подлежащих включению в реестр государственных или муниципальных услуг и предоставляемых в электронной форме в соответствии с Законом № 210.

2 В некоторых субъектах Российской Федерации электронный журнал и дневники обучающихся содержат вспомогательные рубрики, предполагающие возможность подготовки ответов в электронной форме на обращения родителей (законных представителей) несовершеннолетних обучающихся, размещение комментариев к каждой оценке успеваемости обучающихся и т. д.

3 В некоторых субъектах Российской Федерации выдвигаются требования о выставлении оценок успеваемости в электронный журнал и дневники обучающихся в день проведения соответствующих уроков (без учёта времени, необходимого на проверку письменных работ, а также возможных технических сбоев при подключении к информационно-телекоммуникационной сети общего пользования «Интернет» и технических неполадок в функционировании системы учёта успеваемости обучающихся).