28 дек. 2017 г.

Цифровой рубеж в быту

Трудно поверить, что сегодня я собственными руками отключил в квартире телефон, который с таким трудом добывал, подключая корпоративные ресурсы. Было это ровно 20 лет назад. Летом 1997 года молодая многодетная учительская семья столкнулась с чудом– въехала в огромную новую квартиру после многолетнего стояния в очереди и жизни в коммуналке, доставшейся от родителей жены (мои жили в отдельной, но по объему площади не лучше).

Я тогда, кроме школы, работал в дочерней МГТС компании, был там на неплохом счету, поэтому генеральный директор написал письмо в МГТС с просьбой посодействовать. Сотовых телефонов тогда не было, а детей было много. Без телефона мониторить логистику детей, бабушек и прочих домочадцев, пребывавших в постоянном движении, было невозможно. Где-то по осени, ближе к концу года телефон нам провели, чем существенно облегчили существование.

Тогда казалось, что монстр московской связи стоит на века, а телефон– вечное счастье и надежная опора в жизни. Но уже несколько последних лет домашний телефон используется только двумя важными абонентами: бабушками и дедушками. Хотя они давно освоили сотовые телефоны и даже Интернет. Привычка.

И, может, все бы и дальше тянулось так же, но последнее время достали с телефонной рекламой. Днем мы телефон даже не поднимали, ибо наши абоненты звонили обычно по вечерам, когда рекламщики, слава богу, заняты своими домашними делами. А хваленый монстр телефонии МГТС со своими цифровыми сервисами не может настроить «белые списки». Я бы, ради привычки бабушек-дедушек потерпел абонентку. Но терпеть рекламщиков и отказ провайдера их блокировать не захотел.

И только потом сообразил, что отключение получилось юбилейным: 20 лет на этой «новой» квартире с телефоном. И разговоры про «цифровую экономику» получили предельно бытовое жизненное воплощение.

24 дек. 2017 г.

Ненавижу вебинары

Кто не использует вебинары– ретроград, кто тупо заменяет очное общение вебинаром– дебил.

Милая знакомая закономерность: сначала отторжение, потом мода, потом трамвайная регулярность. Похоже, дебилами стали почти все, судя по узнаваемым интонациям разговора с пустотой. Легко отличить запись живого разговора, когда человек видит ответные глаза, и запись растеряно-ленивого разговора со своим экраном.

Да, я понимаю, что наши высокообразованные организаторы и управленцы не в состоянии написать вменяемые понятные тексты, а высокообразованные и несущие разумное-доброе-вечное не в состоянии прочитать текст, в смысле понять его, хотя должны по долгу службы научить этому детей. Но вынос того же содержания общения в формат вебинара не только не облегчает понимание, но еще и отягощает восприятие, потому что записанную речь невозможно пролистать по диагонали, в отличие от написанного текста. Я уж не говорю про почти неизбежные сбои при передаче. Заранее подготовленный ролик хотя бы скачать можно и быть уверенным, что там все в исходно записанном качестве.

Можно было на ранних этапах пытаться заменить вебинаром очное общение. Но уже лет 10 прошло с первых вебинаров, давно известно, что «говорящая голова» наводит тоску и сама вещает в тоске. Полезный вебинар, от которого не будет тоски ни у ведущего, ни у участников, нужно готовить совсем иначе, чем очное мероприятие.

Если есть фиксированное сообщение, которое в тексте почему-то невозможно, нужно его записать качественно, разослать заранее и выслать повестку с процедурой совместной работы. Обязательно нужно сопроводить разосланный материал вопросами, ответы на которые нужно собрать до начала, и не допускать на вебинар тех, кто не удосужился ознакомиться и задать вопросы– остальные могут потом посмотреть запись, если им достаточно просто послушать. Активное общение должно быть двусторонним, подготовленным, заинтересованным и недолгим.

PS. Меня упрекнули, что, критикуя вебинары, я незаслуженно наехал на учителей: дескать, они не умеют читать (в смысле, понимать прочитанное), дескать, неумение читать инструкции– всеобщая беда и учителя не хуже других. Что характерно, никого не задел тезис, что инструкции не умеют писать.

Да, согласен, беда общая. Про написание инструкций еще в советское время знаменитая интермедия была. С тех же времен известны анекдоты про инструктивную дискуссию слесаря и мастера, затрагивающую интимную связь с заготовками, друг с другом и с их родителями. Но меня волнует, прежде всего, учительская среда. Во-вторых, у всех остальных нет обязанности учить детей этому.