Москва без бумажных журналов?

17 января 2013 года прошло очередное селекторное совещание Департамента образования г. Москвы (видеозапись всего совещания). Меня, как больного темой ЭЖ, заинтересовало 2 фрагмента, связанных с ними. Поэтому вычленил их в отдельный 14-минутный ролик из 2-х частей: про возможность не вести бумажный журнал при наличии ЭЖ (1:19 - 1:25) про право школы переносить данные в МРКО и отсутствие требований это делать (10 мин до конца полной записи)

Оценки высказанным соображениям каждый может сформировать самостоятельно, а я хочу обратить внимание на позицию руководителя ДОМ.

1. "Надо иметь сильное, просто непреодолимое желание заставить учителей вести бумажный журнал, чтобы вычитать в 613 приказе, что его нельзя не вести."
2. "Я прошу..., чтобы наши контрольные службы еще раз посмотрели методические рекомендации, 613-й приказ и действовали строго в рамках этих документов"
3. "Если какие-то внешние проверяющие приходят и вам пишут, нормально – пересылайте, пожалуйста, руководителю ДОМ, подписавшему 613-й приказ... Я подписал – я за это отвечаю."
4. "Я очень прошу не применять никаких силовых методов для того, чтобы сделать людям лучше: поймут, придут к этому"

Во многом позиция И.И.Калины, на мой взгляд, очень позитивна, но некоторые штрихи настораживают:

• Меня радуют его недвусмысленные усилия снять все возможные сомнения у тех директоров, которые до сих пор боятся отменить бумажные журналы по формальным соображениям.
• Меня настораживает отсылка контрольных органов на методические рекомендации, которые написаны весьма сомнительно. Если где-то в форуме было сказано, что это рекомендации, то здесь это больше похоже на указание применять именно их при проверке школ.
• Меня огорчает, что "вести с полей" про добровольность ведения и простоту заполнения МРКО отличаются от благостной информации на селекторе: как у нас умеют работать с "добровольными" ресурсами, я хорошо знаю. Но сам факт публичной декларации добровольности тоже много значит: кто не боится отстаивать свои позиции, получил дополнительные аргументы.
  

Рефлексия по оппозиции

Считал и считаю себя сторонником оппозиции: участвовал в митингах на Болотной и позже, прошел наблюдателем через выборы 4 марта 2012 года, был ужасно огорчен, что Путин пошел на 3-й срок, нарушив тем самым дух закона. При этом понимаю, что формальность "подряд", заложенная в закон под Ельцина, позволяла это сделать.

Однако эмоциональный подъем постепенно начал спадать. Понимание, что подъем не от митингов, а от людей, которые вышли вместе с тобой, было сразу. Сами митинги скорее напрягали, чем радовали. Больше вдохновляла изящно-политическая игра "оккупай", особенно на фоне топорно-тупой реакции властей. Сам в движении не участвовал, но был болельщиком. Постепенно осознал в себе нежелание идти на новые митинги-шествия, хотя расстановка сил не менялась и реакция власти на критику оппозиции становилась все грубее, вызывала все большее неприятие. Тем не менее, какое-то время считал должным туда прийти. Но потом перестал ходить, опираясь на довод, что такие действия нужно делать от сердца, а не от головы, если не хочешь быть чьим-то бараном.

Теперь мучаюсь своим собственным раздвоением: не симпатизирую власти, но не хочу ходить на митинги. Что со мной? Понимаю, что похожую раздвоенность ощущаю не я один – именно поэтому решил свою рефлексию опубликовать открыто. Особенно очевидно такое раздвоение после свежих откликов с "марша подлецов" 13 января 2013 года: многие участники делятся, что не получили эмоционального удовлетворения, а сочли это необходимым гражданским актом.

• Наверное, не могло не повлиять на меня то, что удалось, как мне кажется, встать на позицию здравых противников "болотных". Что характерно, многие из них совсем не сторонники власти, но в большей степени не приемлют "болотных". Об этой сомнительной для власти особенности их "сторонников" они сами открыто заявляли уже на первом "антиболотном" митинге на Поклонной горе. При всех недостатках власти, без понимания, кто именно окажется у власти, такие "сторонники" не готовы свергать действующую - а претендентов во власть, вызывающих доверие, у "болотных" не видно.

• Второе, о чем я тоже уже писал, это намеренное столкновение сторон, при котором власть дистанцируется: банальное "разделяй и властвуй". Среди противников "болотных" много неглупых интересных людей, считать которых своими противниками совсем не хочется. И чтобы они меня считали противником, тоже. Накал столкновений сейчас слегка приугас, но тлеет, прорываясь эпизодически горелым душком в дискуссиях.

• Когда я отстаиваю свою позицию в существующих структурах, выстроенных властью и зависящих от власти, я проявляю свои профессиональные и деловые качества, обладаю определенным авторитетом и чувствую свою ответственность за слова и идеи. Поскольку практически все делаю публично, я отвечаю своим добрым именем.

  Когда же я прихожу на митинг, то влияю только на общее "поголовье", вокруг которого потом начинается грязная возня между властями и организаторами. При этом, само поголовье ни на что повлиять не может, но торг вокруг него идет постоянно. Что власть не в чести у большого числа людей (как бы число не считали), это уже всем известно. Причем, насколько "большого" весьма относительно: заметно для общества, но недостаточно для смены власти. Сборы подписей в сети не хуже, чем митинги, показывают, насколько большое это число. Ссылки противников "болотных", что голосуют уехавшие за кордон, смешны: такие есть, но их доля невелика.

• Единение в поголовье самых разных общественных групп тоже воспринимается неоднозначно:

  • С одной стороны, мы все граждане одной страны и единение по любому поводу должно радовать.
  • С другой стороны, бесцеремонное поведение нациков раздражает, флаг секс-меньшинств вызывает подозрение, что это удобный повод для самоутверждения (ничто не мешало им прийти без секс-атрибутики), и очевидно несовместимые по политическим идеям колонны, оказавшиеся рядом только на противоборстве «до основания»

  Явно это единение весьма краткосрочное. Как дойдет до «а затем», начнутся разброд и стычки.

• Очевидно, что отказаться от массовых действий лидерам "болотных" нельзя, т.к. есть сторонники, кому нужны такие действия – иначе они переметнутся к другим силам. Если не буддировать людей, накал спадет, а у лидеров "болотных" свои политические планы – можно профукать момент. Тем более, освещение их деятельности в СМИ не располагает к симпатиям, а влияние СМИ на умы обывателя существенно.

• Проведение активной уличной акции создает информационный повод для отражения в СМИ, каким бы оно ни было в оценках.

• Не могу не признать, что со стороны "болотных" тоже не всегда идет достойная и объективная информация. Допускаю, что имеют место и различные, в том числе информационные, провокации. Явно идет информационная война и совсем не хочется быть ядром или мясом в ней.

• Появились новые и важные инициативы реальных дел, в частности, волонтерство. Здорово! Тем более, что в нем проявилось единение "поклонных" и "болотных". Но власть всполошилась и хочет его зарегулировать под благовидным предлогом. Чем это может закончиться, несложно догадаться. Но не все готовы в этом движении активно участвовать. Я с удовольствием наблюдаю волонтерское движение, но считаю свою профессиональную деятельность полезной и отвечающей целям развития образования в стране, независимо от властных персон, и приносить ее в ущерб тому, в чем специалистом не являюсь, не готов.

• В отношении развития образования, из министерства я наблюдаю более взвешенные и вызывающие осторожный оптимизм мысли, чем из стана "болотных", хотя поводов для критики деятельности министерства у меня предостаточно. Нельзя не признать, что знаменитая фраза про "хотели-получилось" абсолютно точно характеризует почти все, что происходит во властных коридорах после умных разговоров. Но, когда даже критика образовательных проблем со стороны "болотных" часто вызывает неприятие, поневоле задумаешься.

Несмотря на все высказанные аргументы, не могу подытожить, что сумел разобраться в себе.

• Да, мне не нравится поведение и динамика деятельности со стороны власти.
• Да, я часто поддерживаю критическую и экспертную позицию тех, кто выступает с позиции "болотных".
• Да, я часто бываю возмущен вместе с "болотными".
• Нет, я не могу сказать, что доверяю лидерам "болотных".
• Нет, на амбразуру с белой лентой я не полезу.
• Нет, моя позиция не продиктована страхом.

Решил доверять собственным чувствам и эмоциям, поэтому не хочу делать то, что вызывает неприятие. Выбираю для себя путеводной нитью классику:

«Делай, что должно, и будь, что будет»

Что было, что будет, что душу успокоит ...

Позади високосный год, впереди 13-й. Ситуация настолько непланируемая, что можно говорить только о пожеланиях к предстоящему периоду. Надеюсь на то, что накопленные потенции, которые тягуче накручивались в прошлом году, начнут отдавать свою энергию в виде реальных свершений.

1. Много сил и внимания было отдано нормативной базе электронного документооборота в образовании. Прежде всего, меня волнуют неуклюжие временные регламенты госуслуг в образовании, которые неоправданно требуют избыточных ресурсов для реализации. Уже давно в голове (да, и в публикациях, презентациях) сформировались картинки того, как и что нужно изменить, чтобы и школам стало легче, и чиновникам спокойнее, и разработчикам конкурентнее. Несмотря на очевидные сложности, существующие реалии с моими картинками пока пересекаются слабо. Надеюсь, что многочисленные контакты в прошедшем году с причастными к проблеме людьми начнут позитивно влиять на ситуацию в новом году. Ведь, удалось после нескольких лет трепыхания в Интернете подготовить и выпустить письмо про электронные журналы, которое, похоже, нашло отражение и в новой редакции закона "Об образовании в РФ".
2. Практически неразрывно с этим стоит проблема отраслевых стандартов в сфере защиты персональных данных. Закон сложный, разбираться с ним некому, а крайними оказываются чаще всего школы. И тут можно разумно все разрулить, если захотеть.
3. Даже при неудаче в решении предыдущих задач неумолимо растет интерес к информационным образовательным системам (ИОС). Поскольку у меня есть понимание, как их строить, знание современных технологий, надеюсь, что спрос на компетентные консультации в этом вопросе и проекты по реализации этих технологий будет расти. Это касается не только электронных журналов и дневников, в которых я особенно хорошо разбираюсь, но и всего спектра ИТ в образовательном процессе.
4. Очень быстро растет интерес к практике использования планшетов. Поскольку я активный участник группы тренеров Apple, полагаю, интерес к нашим семинарам будет только расти. Надеюсь, именно планшеты окажутся переломным звеном для перехода на модель BYOD – эта модель может заметно разгрузить школьные ресурсы для обеспечения стремительно развивающихся и требующих поддержки информационных технологий. Хотя и тут есть нормативные сложности - не предусмотрена в школе модель финансового обеспечения типа лизинга.
5. Очевидный тренд современности - электронные учебники. Тут и нормативная, и понятийная, и техническая база требуют серьезного переосмысления и развития. Я надеюсь, что технологии, которые моя компания "Новый Диск" рассчитывает активно развивать, окажутся полезными и востребованными в этой сфере.
6. Надеюсь также, что и логика электронных журналов и дневников, которую мы в компании "Новый Диск" развиваем, окажется конкурентоспособной и успешной, несмотря на жесткие столкновения огромного количества вариантов ЭЖ за пользователя.
7. Не оставляю надежд на глобальные перспективы развития всей системы образования – начало системных изменений или, по крайней мере, осознание их необходимости и обсуждение нового целеполагания.

Я абсолютно убежден, что общество практически на век переросло старую модель системы образования, которое построено по принципу конвейера: обучить массово всех по единому стандарту. Понимание, что "по единому" невозможно, уже пришло, а что пора полностью сменить логику системы на новую цель - обеспечение каждому индивидуальной образовательной траектории - пока не пришло. Именно поэтому систему образования постоянно лихорадит и постоянно требуются реформы, которые не приводят к удовлетворению.

Я утверждаю, что и не могут привести, пока не будет осознана новая задача. Надеюсь, что в новом году удастся повлиять на эту ситуацию. Тем более, что отклик моя позиция у коллег находит, и похожие идеи наблюдаю у других людей, включая известных. В частности, об индивидуальных образовательных траекториях как цели нового образования уже прочитал недавно у Петра Щедровицкого (13 декабря 2012):

«Вместо образовательного учреждения, которое было главным раньше, определяющей становится индивидуальная образовательная программа. Её составляет человек самостоятельно или вместе с консультантами, которых иногда называют тьюторами. Человек – автор своей программы развития или программы развития для своих детей. Она может быть составлена на любой возраст.»

Армия и школа едины в упорстве

Сын на побывке после недолгой службы по случаю долгих праздников. Масса впечатлений, наводящих на грустные аналогии с нашими дискуссиями о судьбах школы.

Сын попал в неплохое место, в котором страшные истории с трагическими последствиями только смутными тенями бродят по подсознанию. Но бродят. Почему? Потому что держится все на негативной мотивации, на страхе наказания за плохие поступки. В результате регулируется уровень плохости поступков, а не исчезают условия для их совершения.

Судите сами: что делать группе в полсотни молодых рыл, которым нечем заняться на протяжении длительного промежутка времени и которые обложены сплошными "нельзя"? Да, они вынуждены испытывать систему на прочность этих "нельзя"!

• Нельзя бить до синяков?

  Можно слегка постучать, чтобы синяков не было, зато эмоционально проверить или продавить того, кто эмоционально неустойчив.

• Сократили срок службы до года, чтобы не было дедовщины с 4-х уровней до 2-х? Остались "духи" и "деды".

  "Да, какие они деды,– пренебрежительно говорят офицеры,– полгода разницы?". А им достаточно этого повода для "дифференциации социального статуса". Впрочем, это самое заметное изменение в армии, которое, безусловно, снизило масштаб проблемы заметно, но полностью не изжило.

  Тем не менее, во власти уже не первый год обсуждается проект увеличения срока службы - утверждается, что года не хватает. У сына и у меня возникает только один вопрос: "Для чего не хватает, если и этим делать нечего?"

• Нельзя заставлять что-то делать "духов"?

  А кто скажет, что их кто-то заставляет – их убедительно просят. Если не всегда просьба выглядит галантно, так, ведь, не в институте благородных девиц - армия, "территория настоящих мужчин".

  В чем их "настоящесть"? В сплошном мате? Так, уже и девицы у нас от мата не смущаются и могут завернуть не хуже. К сожалению. Сын с недоумением рассказал, как один из "дедов" ставил в свою заслугу навык наматывания портянок – они еще застали портянки, а "духи" о портянках представления не имеют.

Был разговор с очень грамотным и ответственным офицером. Он делился случаями разрешения проблем с призывниками – очень здравый и, я бы сказал, школьный подход, через родителей. Главное, продуктивный и человечный. Делился своими представлениями о реформах в армии. А у меня все ярче и отчетливее вставала тень наших школьных проблем – почерк реформ тот же самый: попытка переставить стулья, сделать им ножки подлиннее или покороче.

Рассказывает он, как из отпуска не возвращается солдат, а у меня перед глазами картинка из Израиля в шабат: весь транспорт забит молодыми ребятами в униформе с ружьями (!!!), добирающимися домой на выходные. Да, для нас подарок судьбы получить на денек ребенка в отпуск со службы! А дать им оружие ни одному офицеру даже в голову не придет – немыслимо.

А в голове стучит: они сами в Израиле рвутся служить! Это, действительно, почет, уважение и всеобщая забота. Там старший помогает младшему, а не гнобит. Там молодых и неопытных берегут от боевых столкновений. И им не мешает 2 года службы для заботы о каждом! Там в армии можно получить специальность, которая пригодится на гражданке. У всех в армии совершенно другие мотивы деятельности и, как следствие, совершенно другие проявления. В этом системное отличие!

А в нашей армии основной мотив – пережить бедствие и считать дни до его окончания. Уже от многих слышал, что это пустое время, вычеркнутое из осмысленной жизни. Мнение высоких офицеров, ратующих за увеличение срока службы, на фоне мнения солдат считаю ярким проявлением либо низкой квалификации, либо личным интересом.

Сын сам некоторое время назад хотел пройти армию. Его не убеждали ни родительское мнение, ни мнение прошедших ее родственников и знакомых. В справедливости мнения о бессмысленности убедился практически сразу. Причем, у него отношения с "дедами" складываются совсем неплохо. Тем не менее, приехал он "окукленный" и у нас на глазах выходил обратно. Сам это осознал и, уходя обратно, обозначил одной из задач удержаться от повторного "окукливания".

Учитывая аналогии со школой, о которых я написал в начале,– ровно то же самое считаю про школу. Если раньше дети в школу шли с желанием, то сейчас все чаще и первоклашки начинают стонать от нее.

Надо "зрить в корень": условия кардинально изменились. Обществу нужна совершенно другая система образования, которую косметическим ремонтом не создать. Нужно осознание этого, выявление целей, задач, мотивов, движущих сил.

Сейчас рвутся все измерять. Предлагаю простой измеритель: как побегут дети в школу, а призывники в армию сами, с интересом и без конвоя – так и перестроились.

Вдогонку за законом

Не успел Президент подписать принятый Госдумой закон «Об образовании в РФ», как МОН опубликовало проекты нормативных актов для приведения их в соответствие с новым законом. Это радует – может, нормативная машина МОН перестанет буксовать?

В частности, один из документов предлагает утвердить «ПОРЯДОК перевода учащихся из одной образовательной организации, реализующей основные образовательные программы общего образования, в другие образовательные организации, реализующие основные образовательные программы общего образования».

Лично мне даже название документа кажется неправильным.

1. Нужно определять не порядок перевода, а порядок приема и прекращения образовательных отношений, т.к. перевод – это прекращение отношений в одной образовательной организации (ОО) и прием в другую ОО. Перевод – это один из возможных вариантов приема и прекращения образовательных отношений.
2. Основной акцент в тексте сделан не на процедуре перевода, а на документообороте при переходе обучающегося из одной ОО в другую. Поэтому речь нужно вести о необходимых требованиях к документообороту и условиях, гарантирующих возможность обучения в соответствии с потребностями обучающегося. На мой взгляд, это разные документы.
3. Абсолютно не учтен факт перевода документооборота в электронный вид, в том числе в рамках портала госуслуг. А это кардинально меняет процедуру. Сегодня просто транслировать старые нормы, опирающиеся на бумажный документооборот, странно. Я бы понял обратный уклон: в первую очередь, ориентация на электронный документооборот, но с возможностью для отстающих работать с бумагой.
4. Документ продолжает игнорировать условия закона 152-ФЗ «О персональных данных» (ПДн), т.к. обработка медицинской информации налагает дополнительные сложности на оператора ПДн. В то же время, медслужба в большинстве случаев размещается в ОО, но относится ко внешней мед. структуре. Простое распределение ответственности по приему и возврату документов может существенно упростить требования к процедуре и, соответственно, ответственности ОО.

Формулируя требования к документообороту при приеме на обучение и прекращении отношений, стоит предусмотреть неучтенные в законе нюансы обработки ПДн и максимально освободить ОО от обязанностей оператора ПДн. Это позволит облегчить не только жизнь ОО, но и принятие нового закона. Можно представить отсутствие в нем проблематики ПДн как сознательную позицию МОН в связи с выведением ПДн с уровня ОО на уровень органов управления, которые все равно должны вести учет детей, подлежащих обучению и, значит, являться операторами ПДн.

P.S. Как выяснилось, название документа не так просто сменить – оно должно соответствовать указанному в законе. Правда, в законе сформулировано несколько иначе. Посему сделал свой вариант с уточненным названием и с учетом собственных замечаний.

P.P.S. Поскольку в сети развернулась вакханалия по поводу другого проекта приказа – о дисциплинарных взысканиях, – как будто это не проект, а уже принятый нормативный акт, решил назло истерике поготовить свой вариант, который опубликовали в электронной газете «Вести образования».

P.P.P.S. Внес в него правки с учетом замечаний юриста Эврики.

2-е чтение проекта закона

Как активный болельщик, заслуживший грамоту МОН за подписью И.М.Реморенко «За активное участие», опубликовавший свои предложения и замечания не только во всех предварительных версиях на этапе crowdsourcing, но и всем мыслимым и немыслимым адресатам, способным повлиять на изменения перед 2-м чтением, я просто не мог пропустить итог этого судбоносного события.

К сожалению, итог ожидаем - «индейская национальная изба».

Основным направлением моего внимания был 152-ФЗ, поскольку сам его изменить практически немыслимо, а как-то учесть специфические нюансы персональных данных в сфере образования можно только в профильном законе. Есть теоретически еще рычаг в виде создания отраслевого стандарта защиты данных, но нормативная активность МОН пока не демонстрировала высоких показателей. К тому же, статус федерального закона выше.

Про мелкие нюансы, о которых в моих ссылках уже указано, здесь ничего писать не буду. Из важных моментов, в проекте было и осталось 2 проблемы:

• лазейка для использования мониторинга в целях неоправданного доступа к персональным данным (закон отдает это на откуп решению Правительства РФ - п.5 статьи 97 - хотя аккуратное добавление одного слова «неперсонифицированных» в п.3 могло бы лазейку перекрыть);
• отсутствие в законе оснований для передачи персональных данных несовершеннолетних обучающихся из образовательных организаций в муниципальные органы власти для ведения учета детей, подлежащих обучению.

Из того, что попалось на глаза,- жуткий по непонятности текст в п.2 статьи 21 про образовательную деятельность.

А порадовало исчезновение оборота про «порядок, определяемый органом ...» в отношении учета успеваемости и промежуточной аттестации. Сколько же он крови попортил в спорах о возможности отмены бумажных журналов?! Письмо МОН от 15.2.2012 №АП-147/07 этот вопрос сняло, но исключение оборота из закона позволяет про письмо не знать. Право школы на самостоятельное решение вопроса об учете отражено еще и в статье 30 про локальные акты - это тоже приятно.

Впрочем, подробно не смотрел, т.к. считал и считаю битвы вокруг этого проекта достойными Свифта. Вместо рабочей правки неплохого для своего времени закона в целях приведения его в соответствие новым реалиям устроили политические разборки с бессмысленной претензией на судьбоносность.

Вся система образования устарела - нужно думать, как ее менять, а не тупыми и острыми концами меряться в прошлой реальности.

Снова про сводную ведомость успеваемости

Спасибо коллегам – свели со спецами, которые помогли разобраться в проблематике архивных перечней, которую я поднял недавно.
Оказывается, эти перечни (а есть еще и до сих пор действующий с 1980-х годов ведомственный) определяют не состав необходимых документов, а их ценность в смысле сроков хранения. Если же документа в процессе работы не образуется, то и хранить его не надо.
Состав необходимых документов определяется другими нормативными актами. Отмена старого перечня может быть неплохим поводом для пересмотра старых инструкций. Многие из них находятся в зоне ответственности региональных органов управления. Может статься, что отмена обязательности ведения какого-то документа проще, чем изменение сроков его хранения. Например, сводная ведомость успеваемости никому не нужна после 5 лет хранения журнала в свете вольницы по вариантам ведения учета успеваемости и весомости ее влияния на итоговые документы об образовании. А при электронном ведении журнала она и вовсе не нужна как отдельная форма заполнения – любая сводка в ЭЖ получается «легким движением руки». Именно в этом и есть главная прелесть ЭЖ.
Остается понять, возьмет ли кто-то на себя ответственность «эти понедельники взять и отменить»?