3 июн. 2020 г.

Нужна мне новая Конституция без цифровой приватности?

Ценность Конституции для обывателя сомнительна (развернуто изложено в самом конце). Следует ли из этого, что мне ничего не нужно менять в ней?

Тема приватности в цифровом мире

Учитывая примерно 30-летний цикл обновления Конституции, тема приватности туда не попадает еще долго. А зря. Цифровая трансформация запущена, активно продвигается, и риски гражданского типа оказываются весьма острыми и, вероятно, необратимыми. Точка невозврата может пройти в ближайшие годы.

Делопроизводство в стране выстраивалось веками из логики движения бумаг. Информация на бумаге крайне сложно обрабатывается: конвертируется, дублируется, хранится, агрегируется. Логика бумажного документооборота выстраивается снизу вверх с агрегацией в виде всевозможных реестров и громоздких архивов. Сложность обработки довольно неплохо гарантирует приватность человеку. Это порождает риски в случае утери документа по любому поводу. Для разрешения этих рисков существуют довольно громоздкие процедуры в логике сверху вниз при активном тормошении бюрократов на всех уровнях самим интересантом.

Сегодня цифровая информация обладает умопомрачительной динамикой и конвертируемостью в любые формы «легким движением руки». Наложение цифровых технологий на традиционный бумажный документооборот создает абсолютную прозрачность всех. Особенно, с появлением центральных реестров данных. Все самые шокирующие версии из социальной фантастики типа Бредбери, Оруэлла, Зейделя и др. блекнут и становятся повседневной банальностью. Разве что, Большой Брат оказался Услужливым Официантом, что только усугубляет проблему: надсмотрщика мы опасаемся, а официанту сами все несем с готовностью, ибо это удобно «сейчас», а про «потом» мы не думаем.

При действующем законе «О персональных данных» мы пребываем в состоянии информационной катастрофы. Он кажется убедительным только с позиции бумажного документооборота раннего этапа цифровизации. Хотя даже тогда многие эксперты его жестко и, как выясняется, оправданно критиковали. Сегодня он не решает абсолютно никаких проблем, кроме обеспечения кормовой базы безопасников. Кто этого не понимает, почитайте рекламу Сбербанка, который предлагает не только банковские услуги, имея все паспортные данные своих клиентов, но и массу самых разных услуг типа видеостриминга, доставки, такси, магазинов... В его руках, таким образом, концентрируется практически вся мыслимая информация о клиенте, подкрепленная мощью обработки силами искусственного интеллекта, которым Сбербанк, как известно, активно занимается.

Все– клиент гол перед Сбербанком, причем он сам отдал ему всю приватную информацию. Поэтому я и называю его не Большим Братом, а Услужливым Официантом (helpfull waiter).

Лишение граждан права на частную жизнь– это конституционная гарантия. Добровольность отказа от приватности– не оправдание. Ничего защищающего их от уже наступивших цифровых рисков в новой редакции Конституции нет. Впрочем, государству такая перспектива выгодна: при цифровой прозрачности заметно удобнее осуществлять контроль в стиле «разделяй и властвуй».

Стоит мне голосовать за такую Конституцию?


Вектор решения по изменению подходов к работе с персональными данными описан 4 года назад «Простой дешевый и удобный цифровой паспорт?», но полная модель в свете планов по созданию «цифрового профиля гражданина» требует заметно более глубокой проработки.


Сноска-скепсис про важность Конституции и ценность поправок к ней для обывателя

Как учили в школе– это основной закон. Вот, только, соответствует ли такое утверждение жизненному опыту?

  • Сталинская конституция первого в мире государства рабочих и крестьян не спасла значительное количество рабочих, крестьян и интеллигентской прослойки от массовых депортаций и позорной охоты за «врагами народа», в числе которых оказались все главные охотники, кто не успел вовремя отправиться на тот свет– кроме Дзержинского и Менжинского. Все!!!
  • Брежневская конституция не мешала безальтернативности ужасно демократических выборов и не спасла от психиатрической инквизиции несогласных с политическими реалиями «развитого социализма». Кто не хотел неприятностей в бытовой карьере, должен был чутко следить за политической конъюктурой и творчески относиться к необходимости стать пламенным борцом за дело единственно правильной партии, убежденно следовать ее политической линии и, если нужно, уверенно колебаться вместе с ней.
  • Российская конституция, порожденная в эпоху взлета популярности демократических идей западного толка, подавленных при социализме, не помешала действенно мешать праву собираться и мирно митинговать против политики действующей власти, не защитила от обесценивания денег, от разграбления государственной собственности в период «приватизиции», от обесценивания всех обещаний государства.

Короче, жизнь наглядно показала иллюзорность красивых деклараций Конституции. Даже «боевые» законодательные нормы в жизненной практике становились игрушкой в руках бытовой конъюктуры– что уж говорить о Конституции?!

И в этой эффектной картине мира мне предлагают новую версию. Я не спец по конституциям и вообще не юрист. Среди рядовых граждан могу похвастать только несколькими высшими образованиями, что нонче не редкость– то бишь, просто не дурак. Что я вижу в новой версии, за что мне голосовать?

  1. Ряд малозначительных по смыслу поправок социального характера, на которые делают ставку в рекламе, призывающей поддержать новую редакцию.
  2. Откровенный реверанс действующему президенту, использовавшему максимально все возможные крючки действующей конституции, чтобы оставаться у власти. Теперь адресно именно ему все старые сроки «обнуляют». Ради этого вставляется витиевато закрученная лексическая конструкция, вместо которой проще было написать «кроме Путина».
  3. Добавляется индульгенция бывшему президенту с оговорками на особо тяжкие преступления. Наверное, неплохо, чтобы президент не боялся уйти.
  4. Довольно много поправок по организации работы высших органов власти. Казалось бы, это и есть самое существенное в новой редакции. Но зачем они нужны? Почему, чем чревато, что станет лучше от этого? С нами не обсуждают. Может, и правильно: что мы в этом понимаем– это нас не касается непосредственно. Тогда почему я должен решать этот вопрос?

Комментариев нет: