21 янв. 2015 г.

Авантюра с ЭЖ-петицией

В демократичном сетевом пространстве провели сбор подписей о превышении московскими властями своих полномочий и насильственном внедрении централизованного электронного журнала успеваемости (ЭЖ), который, к тому же, запущен в эксплуатацию совершенно негодным к использованию и привел к потере данных. Особенно всех задело то, что несколько лет клятвенно утверждалось совершенно законное право школ самостоятельно выбирать ЭЖ– и многие школы этим правом воспользовались, были довольны,– а с 2013 года началось давление и почти всех загнали в убогий единый продукт– МРКО.

Когда бурный сбор подписей под совершенно справедливой петицией набрал довольно большое число и подошел момент необходимости подачи ее официально, никто не хотел подставляться. Поскольку я в системе ДОМ уже не работаю и от моего вольнодумства никто не пострадает, решил взять на себя груз ответственности и отправил ее поздно ночью 29 декабря 2014 года через электронные сервисы по 4-м адресам:

  • в Минобрнауки РФ
  • в Правительство РФ
  • в Правительство Москвы
  • в Прокуратуру Москвы

Любопытный нюанс: к обращению, заполняемому в электронной форме на всех порталах, можно добавить один файл до 5 МБ в одном из традиционных форматов. На всех, кроме портала МОН, это прошло нормально. На портале МОН, несмотря на обещание в пояснительном тексте, файл не присоединился: ни 5, ни 4, ни 2. Я им так и написал: присоединить не смог, но готов выслать, если нужно. Оказалось не нужно.


Текст обращения:

Смысл обращения– вернуть политику реализации электронных журналов/дневников в законное русло: вернуть образовательным организациям возможность самостоятельно выбирать тот электронный журнал, который отвечает их потребностям. В дополнение к исходному тексту, сообщаю, что в последние дни учебного полугодия снова были многочисленные жалобы на работу МРКО.

Я решил выступить заявителем, хотя не являюсь инициатором сбора подписей, т.к.

  • полностью разделяю текст обращения
  • могу доказать каждый его тезис
  • могу развернуть обращение шире и привести аналогичные примеры из других регионов
  • давно пытаюсь доказать наличие иного, гораздо более дешевого, удобного для всех и эффективного способа решения проблемы ЭЖ на региональном и муниципальном уровне
  • мои публикации по тематике ЭЖ и ПДн открыто доступны в сети
  • уже не работаю в системе Департамента образования Москвы и поэтому не могу навлечь ни на кого из директоров негативных реакций.

Прилагаю текст обращения в формате pdf со списком подписавших его (стр.3) и личностными комментариями (стр. 648).

Исходный текст размещен по адресу
https://www.change.org/p/вице-премьеру-правительства-рф-о-ю-голодец-вернуть-школам-москвы-право-выбора-электронного-журнала-дневника

Короткая ссылка на него же https://clck.ru/9M2oA

Ссылка на текст статьи в “Новой газете” о том же
http://www.novayagazeta.ru/society/66567.html


Результат обращения

МОН и Правительство Москвы отреагировали очень оперативно– 30 декабря и 1 января (!), соответственно. Оба респондента сообщили, что переадресовали обращение в Департамент образования Москвы (ДОМ)– на адресат жалобы.

Чуть позже, 20 января, откликнулось Правительство РФ– переправили в Правительство Москвы, которое на следующий день известило, что уже переправили снова в ДОМ.

Прокуратура Москвы отреагировала 16 января, но в письменном виде ответ пришел по почте только 27 января– тоже переправили в ДОМ.

Все отправили в ДОМ и все ссылаются на законы– знакомо еще по советскому киножурналу Фитиль.


МОН, действительно, неправомочен рассматривать кляузы на региональные органы власти, согласно ППРФ №466:

"7. Министерство образования и науки Российской Федерации в установленной сфере деятельности не вправе осуществлять функции по контролю и надзору, кроме случаев, устанавливаемых федеральными законами, указами Президента Российской Федерации или постановлениями Правительства Российской Федерации."

Претензии к региональным органам власти надо адресовать в Рособрнадзор, согласно п.9 части 1 статьи 6 закона «Об образовании в РФ». Именно Рособрнадзор, согласно части 7 статьи 7, может выдать обязательное к исполнению предписание по приведению региональных нормативных актов в соответствие с законом.


PS. 06.02.2015 по Почте России пришел ответ ДОМ, датированный 29.01.2015. Естественно, все прекрасно и законно– все от недопонимания очевидных вещей.

PPS. 10.02.2015 пришел содержательный и полезный ответ из Минобрнауки России на мои вопросы примерно о том же, но в безлично-нормативном ключе. Вопросы были заданы через портал практически сразу после начала «футбола» петиции.


Продолжение бюрократической переписки– обращение в Рособрнадзор

15 янв. 2015 г.

О воспитании– к гусарам

На фоне законодательно-запретительной истерии заявление о приближающейся очередной «Концепции» воспринимается заранее с напряжением. А когда выясняется, что речь идет о концепции воспитания и комплексного подхода к нему, душа начинает рваться перед всплывающими образами запрета иностранного усыновления, ювенальной юстиции, защиты детей от дурной информации, сглаза и прочих скреп.

Прекрасно понимаю, что после полувековых заклинаний «образование– это обучение и воспитание», меня порвут «на тысячи маленьких медвежат», но молчать не могу. Все, приплыли– мир настолько изменился, что, чем дольше мы будем закрывать глаза идеологическими шорами, тем глубже утонем в трясине времени. Надо четко без заклинаний определить, что такое воспитание и как его можно изменить. Мое восприятие образования, обучения и воспитания связаны, но совсем не так. Хочу выразить признательность Павлу Максименко за то, что обратил мое внимание на эти связи– до него я их чувствовал, но относился как к терминологическим привычкам и не придавал большого значения.

Обучение– целенаправленный процесс передачи знаний и навыков от учителя ученику, независимо от их субъективных настроений. Как правило, активная роль в обучении только у учителя– ученик часто пассивен. Можно пытаться мудрить и стараться активизировать ученика, но это может зависеть от массы факторов и активная роль ученика не является определяющей.

Образование– заведомо личностный процесс, который совсем не обязательно включает в себя обучение. В вырожденном случае, оно происходит и вовсе без обучения, поскольку человек в процессе жизни помимо своей воли вынужден строить какой-то образ мира вокруг себя и как-то к нему приспосабливаться. Насколько глубоко человек погружается в построение образа мира в разных его проявлениях, настолько глубоким будет его образование. Безусловно, обучение способствует образованию и на предыдущем этапе оба процесса были настолько взаимозависимы, что обычно используются как синонимы. Но они разные и их смешение мешает пониманию.

Воспитание– это поведенческая составляющая образования и тоже абсолютно личностная форма активности. Полностью разделяю и считаю единственно правильным утверждение: «Воспитать человека может только он сам».

Человек с традиционным подходом к воспитанию этой логики не понимает. Для него есть:

  • воспитатель,
  • воспитуемый,
  • цель– сформировать желательное для воспитателя поведение воспитуемого,
  • воспитательная работа с планами, мероприятиями (как правило, в форме душеспасительных бесед), наглядной агитацией, отчетами и концепциями.

И мы, советские дети, хорошо помним такую воспитательную работу, можем в лицах рассказать, что думали по поводу воспитательных промываний мозгов, повсеместных плакатов типа «Народ и партия едины», «Экономика должна быть экономной» и проча.

На самом деле, традиционный процесс воспитания– это пропаганда желательных форм поведения и их дрессировка в конкретных массовых проявлениях. И прок от такой работы весьма небольшой, ибо формируется у человека поведение не столько от того, о чем ему жужжат в уши, сколько как опыт адаптации к окружающей среде, причем реальной, а не артикулируемой воспитателями. Хотя полностью исключать влияние информационного давления, конечно, нельзя, ибо это влияние мы имеем счастье наблюдать и сейчас по ряду вопросов, список которых растет. Но даже это влияние нужно воспринимать через призму деятельностных проявлений, ибо информация, не имеющая никакого влияния на реальную жизнь, не имеет особого влияния и на мозг.

Реальное воспитание– это построение собственной модели поведения по окружающим образцам на основании тех ценностей, которые транслируют значимые для данного человека люди.

И это можно показать по позитивным проявлениям воспитания в советское время. Например, тогда было принято вступаться за обижаемых и понимать, что тебя, с большой вероятностью, поддержат другие– и народ часто вступался. Не хочу идеализировать, но в бытовых скандальных ситуациях это было нормой. Конечно, это поощрялось в духе традиционного воспитания, но люди вели себя так не поэтому, а потому, что так было принято.

В 90-е ничего принципиально в воспитательной работе не поменялось, но на практике стало ясно, что вступаться опасно– даже при благополучном стечении обстоятельств милиция сама сведет тебя с преступниками и оставит с ними один на один. Да, и вероятность помощи со стороны уже невысока. Даже в просто скандальной ситуации вероятность получить массу проблем намного выше шансов на моральное удовлетворение от собственного влияния на ситуацию. Так что, если собираешься сегодня геройствовать на основании собственных ценностей, будь готов биться в одиночку с минимальными шансами на моральное удовлетворение. Будете вмешиваться?

Почему мы не довольны поведением «понаехали-тут»? Да, они себя гораздо лучше ведут, чем аборигены с образцово-славянскими лицами! Кто свободно разговаривает на самом известном в СССР диалекте без оглядки на окружающих в общественном месте? Кто плюет мезгу от семечек под лавку автобуса и даже метро? Кто демонстративно тискается и сосется на проходе, на эскалаторе метро? Кто скандалит без зазрения совести в общественном месте? Бродит и пристает ко всем в пьяном виде? Срет, где жрет, включая места посещения культуры? Продолжать? Откуда гостям знать, что это не норма, но местным почему-то позволено, а им нет?

Тем, кого мои доводы и примеры не убеждают, предлагаю задуматься еще об одном аспекте. В советской школе класс был весьма устойчивой административной единицей. Пока еще в российских школах многие классы тоже относительно устойчивы, хотя не так, как раньше. Но совершенно очевидна тенденция к индивидуализации образовательных программ, что неизбежно ведет к отсутствию стабильного детского коллектива– на разных занятиях разные составы учеников, разные расписания занятости, прихода/ухода и, соответственно, разные модели отношений в разных многочисленных краткосрочных коллективах. В таких условиях традиционные для советского времени массовые коллективные формы воспитательной работы не смогут получать те же привычные воспитательные результаты.

То, что массовое поведение молодых перестало устраивать и есть претензии к проблеме воспитания, ясно по факту обсуждения концепции. А я тут выступаю как мультяшная Баба-Яга, которая против. Значит ли это, что я не считаю нужным говорить о воспитании и что нельзя ничего изменить? Конечно, не значит. Но нужно открытыми глазами смотреть на проблему и не заниматься знахарскими заговорами вместо реальных действий. На что нужно обращать внимание вместо наступания на грабли советского воспитания?

Вместо воспитания детей надо заниматься воспитанием себя, раз никто, кроме меня-любимого, не может меня-любимого воспитать– достойно себя вести, создавая, тем самым, достойные образцы поведения и транслируя достойные наследования ценности. Надо создать условия, в которых свинство, в идеале, невозможно; как минимум, наказуемо. Надо создать максимум удобств тем, кто помогает правильному поведению, и максимум неудобств, кто неправильно себя ведет.

Есть ли педагогические меры воздействия на воспитание? Надо планировать мероприятия, участие в которых способствует выработке желательных обществу образцов поведения и блокирует нежелательные образцы. Надо всячески поддерживать и популяризировать эти правильные образцы. Надо обеспечить обычную нормативную поддержку таким мероприятиям. Никакая концепция для этого не нужна. Зато одно из направлений такой деятельности, которое воспитало многих из нашего поколения– туризм,– сейчас идиотскими перестраховочными правилами почти изжито. Может, рог изобилия с «держать и непущать» поджать?

Но, самое главное, надо обеспечить законность, которой поверит народ, которая не потребует от ищущего правду пустить все свои обычные дела под откос ради этого. И поддержку тем, кто борется или страдает за правду. Но это гораздо сложнее очередной "Концепции", плана мероприятий по ее реализации, отчетности и, самое главное, распределения выделенных на нее бюджетных средств.

6 янв. 2015 г.

Свобода vs. границы?

Конфликт приоритетности противоречивых принципов международного права о незыблемости послевоенных границ и права на самоопределение, на мой взгляд, имеет решение.

Закон– инструмент формального манипулирования, но юристы все же различают дух и букву закона. Полагаю, к выводу о неразрешимости противоречия приходят именно потому, что забывают о духе закона.

  • В чем смысл принципа незыблемости послевоенных границ? Чем так священна линия раздела? Позволю предположить, что за формальной сакральностью этой линии скрыт тезис о предотвращении военной агрессии. Граница в данном случае используется исключительно в качестве формального критерия отсутствия агрессии.
  • В чем смысл принципа права народа на самоопределение? Полагаю, то же самое– возможность избежать подавления коммуникационного конфликта военным путем. Здесь допускают проведение отсутствующей ранее границы ради избежания кровопролития.

Таким образом, оба, как бы, противоположных принципа утверждают одно и то же– мирное решение коммуникационных проблем, независимо от соотношения силовых характеристик конфликтующих сторон:

  • в одном случае, в отношении конфликта по разные стороны границы,
  • в другом случае, в отношении конфликта внутри границ.

Т.е. граница в обоих случаях рассматривается как формальный признак разделения конфликтующих сторон.

Применение обоих принципов в соответствии с их духом не приводит к противоречиям и требует только честного обследования пожеланий людей на спорных территориях. Такое понимание данных принципов требует согласования национального законодательства всех стран с правом на отделение и признания неправомочным ограничений на проведение подобных голосований. Чтобы не провоцировать парад суверенитетов, можно ограничить такие голосования необходимостью привлечения международных наблюдателей и строгим описанием соответствующей процедуры проведения голосования, международного признания его результатов, согласования взаимных притязаний при разделе ранее совместных ресурсов.

Сравним в этой логике известные конфликты, на которые чаще всего ссылаются: Сербия, Грузия, Украина.

  • В Сербии сочли расчленение страны лучшим способом решения военного конфликта. Были согласованы три основных принципа переговоров о Косово:

    • не может быть возвращено под управление Сербии,
    • не может быть разделено,
    • не может быть присоединено к другому государству.

    В итоге, северная часть Косово, населенная сербами, не подчиняется властям из контролируемой албанцам Приштины. Принципы изначально странные с позиции мирных перспектив. Перекраивая границы Сербии, почему-то не сочли возможным разделить спорные области по сравнительно очевидным зонам влияния, оставив конфликт в горящем виде. Зоны компактного проживания сербов на юге территорий остаются в сложном положении, но там других альтернатив нет. Таким образом, перекраивание границ по инициативе западных государств не позволило снять конфликт даже там, где это можно было бы сделать. Само Косово остается частично признанным государством, хотя наиболее влиятельные в мире западные страны их признали.

  • В Грузии межэтнические конфликты происходили неоднократно. Границы после отделения практически соответствуют зонам этнического расселения. К сожалению, на активном этапе конфликта жители иных этнических групп были вынуждены покинуть территории компактного проживания, но это неизбежность подобных конфликтов. В Сербии произошло тоже самое в очень жестком варианте. В настоящий момент, проведения валидного голосования для выяснения волеизъявления людей было бы достаточно для окончательного решения вопроса о границах.

  • На Украине сомнительной политической деятельностью спровоцирован конфликт в отношении языка: кроме споров о статусе русского языка, этнических конфликтов на Украине нет. На Украине остро стоит мировоззренческий конфликт самоидентификации государства: часть граждан стремится к сближению с западно-европейской ментальностью, другая часть идентифицирует себя с российской. Наиболее явно российская самоидентификация представлена в Крыму, который оказался в составе Украины по формальным признакам на этапе раздела СССР, когда идеологам развала единой страны было не до нюансов и учета мнения жителей. Именно поэтому претензии по “захвату” Крыма Россией носят, прежде всего, формально-юридический характер. Но и на “континентальной” части Украины пророссийские настроения популярны у значительной части граждан, поэтому и возникла идея вычленения из нее Новороссии, независимо от отношения к этой идее автора и читателя.

    Что любопытно, несмотря на различные настроения в отношении перспектив политического развития страны, большинство граждан Украины хотят сохранить целостность страны, т.е. рассчитывают навязать остальной части свои взгляды. Видимо, эта нетерпимость и готовность к подавлению инакомыслия привели к жесткому столкновению в Одессе, Харькове, на востоке, тлеющему конфликту в других местах: достаточно было провокаторам конфликта проявить определенную настойчивость в развитии взаимного неприятия до кровопролития.

    Проведение валидного референдума могло бы безо всякого применения оружия выяснить настроения людей и принять адекватное этим мнениям решение. Что обиднее всего, именно это предлагалось еще до начала кровопролития на востоке Украины. Но кого-то такое мирное развитие событий не устроило: то ли гордыня замучила уступить захватившим здания боевикам, то ли стояли другие задачи, более важные, чем кровопролитие.

    Аналогичное международное голосование можно было бы провести и в Крыму, чтобы снять сомнения в подтасовке со стороны России.