(оригинал текста, который Мел
опубликовал в "причесанном виде")
Одна из бурно обсуждаемых современными родителями, властями и учительством тем– о вреде современных информационных технологий для детей, прежде всего всемирной паутины Интернет и мобильных смартфонов-планшетов. Много шуму в этой паутине наделала статья в The New York Times Ника Билтона, в которой обсуждался неожиданный ответ Стива Джобса на вопрос «Видимо, ваши дети без ума от айпада?»: «Они не пользуются им. Мы ограничиваем время, которое дети дома проводят с современными технологиями». Там же приводятся ответы лидеров других известных технологий, ограничивающих своих детей.
Казалось бы: караул, масонский заговор, нам подсовывают электронный наркотик… Однако не все осилили статью до конца. В ней журналисту уточнили терзавшие его сомнения, что никто не выбрасывал из дома планшеты и компьютеры. Просто, Джобс каждый вечер общался со своими детьми за большим столом, обсуждая книги, историю и самые разные интересные им вещи. И детям с отцом было интереснее, чем с планшетом.
Акцентирую. Каждый вечер! С детьми! Общался! Интересно!
Вопрос к буйствующим алармистам: вы так со своими детьми общаетесь?
Итак, вывод первый. Чтобы ребенок не ушел от вас в Интернет и не уткнулся в планшет, вы должны быть интереснее. В противном случае, запрет Интернета или планшета означает наказание ребенка за то, что вы ему менее интересны.
Кто поэмоциональнее может в этот момент разбить экран, представляя на его месте меня или Джобса, и пойти выключать рубильник в квартире. Если до этого вы взяли рюкзак-палатку и предложили ребенку сходить с вами на природу, я уже сделал для вас доброе дело: и технологии исключил из актуальных событий ребенка, и обеспечил ему интересное развивающее общение с любимым родителем.
Кто не успел разбить экран, пока думал, где ему взять рюкзак-палатку, и дочитал до этого места, может в ближайший вечер остаться дома и посидеть за Интернетом и/или планшетом вместе с ребенком. Подчеркиваю– ВМЕСТЕ.
- Во-первых, при вас он не полезет туда, где ему могло бы быть любопытно, но при вас неловко. И даже если что-то выскочит само, а вы спокойно сбросите это нежелательное для детских глаз изображение без истерик и выпучивания глаз, ребенок получит невербальный и поэтому гораздо более впечатляющий урок отношения к подобным изображениям.
- Во-вторых, его никто не обидит и не втянет в опасные эксперименты. Если же попытка это сделать произойдет, вы поможете ребенку понять, что это и как с этим нужно поступать, как избежать нежелательных последствий.
Хотя нет. Я неправ. Во-первых, вы вместе, а все остальное потом.
Вывод второй. Если вы не чувствуете в себе потенциала Джобса– быть интереснее для своих детей, чем Интернет,– беритесь за руки и идите вместе с ними туда, в Интернет: это и безопаснее, и полезнее, и сближает вас с собственным ребенком.
Здесь уместно обсудить мнение, что Интернет– это большая помойка. Я даже возражать не буду, но напомню известную пословицу: “Свинья везде грязь найдет”. Не слушайте свиней. Интернет– это отражение нашей жизни, в которой есть все. Наверняка, среди ваших соседей есть такие, кто всю жизнь не просыхает– откуда только у него деньги на все?– и есть мастера на все руки, творцы и затейники. И все в одном доме или рядом. Так и в сети: что хотите, то и найдете. Будете вместе лазить, протопчете такие информационные тропинки, которых в обычной жизни даже представить не могли,– это же агрегатор всех человеческих знаний и умений! Многое даже на чужих языках понятно и интересно.
Отвлекусь на слово “интересно”. Интересно то, что понятно. Хоть немного, но понятно. Что непонятно, не интересно. Вы взрослый человек и знаете намного больше ребенка, потому вам встретится больше интересного. Если вы вместе, то вы сможете объяснить и сделать интересным для своего ребенка то, что он сам бы не понял и прошел мимо. Вот вам и образование. Настоящее образование! Не школьное “прошли”, а живое, на котором ребенок почувствует ваш неподдельный интерес, будет гордиться вашим знанием, пока нет своего. А назавтра гордо поделится этим знанием с друзьями. И это будет ваша заслуга!
Часто родители, а вслед за ними дети, убежденно рассказывают, что планшеты и компьютеры вредны для глаз. Действительно, вредны. А книги не вредны? А тетради с карандашами-ручками не вредны? Вообще, интенсивная работа вблизи, характерная для школы и «офисного планктона», крайне вредна для глаз: глазам нужны далекие горизонты, на которых нет ритмичных силуэтов городских пейзажей. Особенно вредно ближнее напряжение глаз в период детства, когда глазные мышцы еще не окрепли. Если же сравнивать качество изображения, то вреднее всего телевизор. Особенно, которому много лет, когда качество экранов было существенно хуже современных. У дорогих современных планшетов качество приближается к полиграфическому. Можно принять во внимание, что бумага работает на отражении света, а мониторы сами его излучают, но заметных отличий в негативных последствиях замечено не было.
Вывод третий. Берегите глаза. Не столько от компьютеров/планшетов, сколько от интенсивной работы вблизи. Приучите ребенка регулярно делать глазную гимнастику, которая разгрузит глазные мышцы. Чаще выбирайтесь на природу, чтобы дать глазам отдохнуть на неритмичных дальних силуэтах леса, гор, рек или, как минимум, загородных поселков.
Волнительные родители, ссылаясь на комплексующих учителей, могут сказать: “Куда нам за ними? Мы от сохи калькуляторной, а они цифровые аборигены”. Придумал Марк Пренски слоган про “цифровых иммигрантов” и “цифровых аборигенов” (Digital Natives, Digital Immigrants ), а теперь все его самозабвенно поют на разные мотивы. Однако все отличие от традиционной ситуации “отцов и детей” в том, что дети не застали наших бумажно-калькуляторных технологий. И все. Да. Им органичны современные гаджеты, ибо они без них не представляют себе существование.
Без грамотного учителя эти “аборигены” толкутся, как слепые котята, но качественно освоить современные технологии в подавляющем большинстве не могут. Они освоили простейшие операционные навыки, что нельзя считать квалифицированным освоением. Нужен грамотный провожатый.
Взрослым сложно преодолеть психологический барьер: затрата времени и сил на то, что и без того он уже умеет делать иными средствами. Про “аборигенов”– это удобная отговорка. Но, если взрослым не лезть, дети сами полезут. Могут залезть не туда. Ваши дети не лазили в электрическую розетку, когда были несмышленышами? Мой сын слазил. И не только в розетку. Не уследили. Закончилось благополучно: остался жив и запомнил на всю жизнь. А могло бы закончиться плохо. Так и тут: если не двигаться вместе, могут залезть не туда и может закончиться разно всяко.
Вывод четвертый. От того, что ребенок с годовалого возраста норовит пальцевым жестом увеличить картинку в красочном журнале или бабочку на стекле, он не становится гуру цифровых технологий. Хуже того, он не может осознать глубины возможностей современных технологий, но считает себя весьма компетентным, оставаясь, на самом деле, желторотым цыпленком, которого еще учить и учить. Это опаснее ситуации с традиционными материальными технологиями, когда он понимал реальный уровень своих возможностей.
У дочитавшего до этого места уравновешенного родителя все от страха опустилось, он тоже готов отключить рубильник, но от дрожи в коленках не может подняться: все темные образы из далекого детства, смешавшись с леденящими кровь историями про хакеров, троллей, модераторов и прочую сетевую нечисть, должны были поразить его. Роскомнадзор, помилуй нас! Спокойно, дышите глубже, закройте глаза, все под контролем!
Вас не пугает кирпич, который мог бы уже неоднократно и подло упасть на голову, когда вы ходили по опасным городским и загородным улицам и проселкам? Ядовитые змеи до сих пор не отравили вам жизнь при путешествиях по лесу? Так и тут: есть опасности, к ним нужно быть готовым, но далеко не каждого и далеко не всегда они поджидают. Надо начать ходить по улицам, по лесу, надо слушать рекомендации опытных проводников и постепенно вы освоитесь, перестанете бояться.
В вопросах защиты детей есть две базовые стратегии. Каждый может выбрать одну из них либо на разных возрастных этапах выбирать разные. Одна из них– ограничить доступ в сеть. Вторая– научить распознавать опасности в сети и бороться с ними.
Если говорить об ограничениях:
Один из подходов– логика “белого списка”: ограниченный доступ только туда, где “мин нет”. Это самая безопасная модель, но и самая ущербная по содержанию. Самое ценное в Интернете– широта и динамичность наполнения. Белый список изначально ограничен и вероятность не найти в нем нужную информацию весьма велика. Стоит знать, что даже эта модель не абсолютно безопасная, т.к. со временем может оказаться так, что по ранее проверенным адресам может появиться нечто, не отвечающее правилам отбора.
Другой подход– “черный список”: есть доступ ко всему, кроме этого списка. Этот подход заметно гибче, но вероятность получить доступ к нежелательной информации довольно высока, именно потому, что Интернет динамичен. Часто бывает так, что в этот список попадают сайты с нужной информацией и мы не можем ее получить, хотя ничего плохого там нет. Это происходит по разным причинам. Например, на том же сайте была размещена запрещенная информация, доступ к сайту перекрыли, а вместе с ним и к нужной информации.
С проблемами доступа в логике “черного списка” часто сталкиваются учителя, которые активно используют сеть в организации уроков. Зачем школам решили перекрыть фильтрами информацию, я объяснить не могу: на уроке класс под контролем учителя и никаких реальных рисков, кроме неспособности учителя организовать учебную деятельность, нет. От этого риска школа должна избавляться другими средствами и не только по сетевой причине. Все гипотетические объяснения выглядят крайне нелестно для принявших это решение, хотя их публичная риторика звучит, на первый взгляд, очень убедительно– в духе трепетной заботы о безопасности подрастающего поколения.
Школы и учителя вынуждены жить в этих внешне заданных фильтрованных условиях. Эти условия толкают некоторых их них на то, чтобы выходить на нужные для обучения ресурсы, минуя формальные барьеры прямо на уроке. Другие пользуются тем, что дома у подавляющего числа учеников фильтры не стоят. А у кого стоят, давно научились их обходить. Учителя предлагают на дом задания из сети и таким образом решают учебные задачи. Спасает эту ханжескую беду то, что активно работающих в сети учителей не очень много.
Если идти по образовательной логике– научить жизни в опасном Интернете,– то проблема черных/белых списков становится неактуальна, ибо там используются здравый смысл, помощь, доверие и навык защиты.
Как быть родителю в этой запутанной истории? Если вы волнительный родитель, можно заключить договор с одним из провайдеров детской сети. Он берет на себя ответственность за безопасный контент. Не забудьте, что ваш собственный доступ в Интернет в этом решении будет тоже оскоплен. Если вы себе любимому оставите дырочку, все ваши затраты на поиски и подключение к детской сети будут напрасны, ибо ребенок чаще будет работать через эту дырочку, чем вы. Правда, когда вы забудете, как в нее выйти, он придет на помощь.
Допускаю, что для маленьких детей, которые еще не смогут сами найти выход в вашу дырочку, можно подключить такой Интернет. С другой стороны, для них многие опасности еще не опасности, ибо они их просто не поймут. Я сторонник открытого Интернета и обучения ребенка: пониманию рисков и умению их избегать. Но ваш ребёнок— вам и решать. Чтобы учить, в сети много уже есть ресурсов, эти уроки начинают вести в школе, но реальная поддержка дома, на мой взгляд, всегда приятнее и полезнее.
Вывод пятый.
Не так страшен черт, как его малюют. Волков бояться– в лес не ходить. Учитесь навыкам безопасной работы в сети, защите от вирусов, резервному копированию информации– и забота о детях поможет вам лично в ваших взрослых делах.
Теперь о смартфонах/планшетах. Во всем мире учителя и родители делятся на тех, кто запрещает их детям и кто сам использует. Вам решать. Я хочу обратить внимание на то, что это очень мощный, компактный и удобный инструмент для многих повседневных и специальных задач. Стеб про уткнувшихся в мобильные гаджеты сограждан можно рассматривать по разному. Но очевидно, что никто их силой не принуждал. Я считаю, что эту внутреннюю силу грех не использовать в мирных целях, а становиться ей в оппозицию– война с мельницами.
Я, как тренер образовательной программы Apple, учу коллег-учителей открывающимся возможностям изменить урок так, чтобы ученик на нем стал более самостоятельным и активным. Традиционный сценарий урока, рожденный во времена, когда учитель был единственным источником знания, уже не отвечает современным условиям: и учитель не единственный источник, и объем доступных знаний существенно выше, и способы донесения знаний существенно более разнообразны, причем, каждому удобнее свой. Использование планшета на уроке облегчает учителю поиск иных сценарных решений урока.
- Самое простое и очевидное– использование планшета как технического средства. Вместо переписывания на доску, можно вынести выполненный на своем месте результат через проектор на экран и сразу обсуждать. При выполнении задания в цифровой форме, результатами можно оперативно обменяться и обсудить их в разных форматах, включая дистанционные.
- Самое популярное среди активно осваивающих планшеты учителей– использование мобильных приложений в качество заданий, тестов, тренажеров. Другими словами, предметных приложений. Не по всем темам есть готовые приложения, но их количество быстро растет.
- Самое сложное, но наиболее эффективное, на мой взгляд,– использование планшета как инструмента организации активной деятельности на уроке и вне урока. Для этого приложение не обязательно должно быть увязано с конкретным предметом. Это может быть общеупотребительное приложение. Например, для электронных презентаций, для создания видеороликов, для записи звука, для рисования картинки… Ряд событий можно отразить на планшете совсем вне класса, на природе, в городе, в музее… Важна не инструментальная возможность применения мобильного приложения, а учебная задача, ради которой приложение применяется. Это сложно, потому что нетрадиционные сюжеты, позволяющие втянуть учеников в интересное задание, придумать непросто. Особенно после традиционного навыка организации привычных уроков. Зато отдача от активных уроков намного более содержательная и эмоциональная. А эмоция там, где есть мотивация. Где мотивация, там всегда содержательный прорыв. Именно низкую мотивацию к обучению называют сегодня главной проблемой образования во всем мире.
Если ваш учитель еще не проникся пользой мобильных гаджетов, можете сами в качестве дополнительных внеурочных занятий поиграть в развивающие игры с ребенком. Можете поделиться своим опытом с другими родителями. Может, и учитель прислушается, если вы ему покажете что-то интересное. В сети сейчас все чаще встречаются подборки мобильных приложений для образования. Их уже довольно много и становится все больше с каждым днем.
Вывод шестой. Не стоит смотреть на смартфон или планшет как на бесполезную отвлекающую от дел игрушку. Будет это только игрушкой или мощнейшим мотиватором обучения, зависит от нас, взрослых.
Теперь хочу поязвить по поводу слова “виртуальность”. Это слово означает популярное некоторое время назад словосочетание-паразит “как бы”: что-то ненастоящее, кажущееся, эдакий мираж. Сейчас виртуальным называют мир в сети, в компьютерах: “виртуальная реальность”. Оксюморон какой-то. А реальность– это что? Это то, что реально (!) влияет на нашу жизнь. Позвольте сказать, что эта “виртуальная реальность” влияет на нашу жизнь сегодня покруче “невиртуальной” реальности! И какая из них реальнее? А? Давайте называть ее цифровой реальностью, поскольку построена на информационной обработке цифры. Или как-то еще. Но не виртуальной!
Вывод седьмой — завершающий, навеянный виртуальностью. Нет ничего принципиально нового в отношениях между родителями и детьми, навеянного цифровой реальностью. Все там абсолютно так же. Среда новая, информационная, хотя нам и старой часто хватает. Но жизнь стала развиваться гораздо быстрее. Если мы хотим оставаться полезными своим детям, надо ее осваивать, ибо она самая настоящая и дети в нее реально погружаются. Научатся сами в ней плавать или мы их будем учить? Вам решать.
А чтобы жизнь мёдом не казалась, после всех оптимистичных выводов хочу запустить страшилку, которую любой родитель, дающий планшет ребёнку, должен знать.
Молодые родители часто озабочены тем, что ребёнок требует внимания. И почему-то это происходит именно тогда, когда есть масса других дел и собственных желаний. Планшеты и смартфоны опасны тем, что при активном использовании в качестве инструмента высвобождения родительского времени, они могут стать эффективным заменителем родителя. За что боролись, на то и напоролись. И тогда пеняйте на себя: будет поздно стенать по поводу игромании, сетезависимости и прочих цифровых маргинализаций.
Впрочем, и тут все так же, как без гаджетов. Гаджеты, как все информационное, усиливают и ускоряют эффект: если мы заняты, когда нужны ребёнку, он тоже будет занят, когда станет нужен нам.
