Тупик офисных приложений

Цифровизация текста является заложником бумажной логики работы. Капиталистическая воронка потребления, когда производитель идет на поводу потребителя, подавляет назревшее цифровое развитие офисных приложений, потому что потребитель не способен мыслить новыми возможностями и новыми задачами цифровой работы с текстом.

Можно в угоду массовому зрителю воспевать Джобса, но любой предприниматель знает, что вокруг гения Джобса утонуло на порядки больше других энтузиастов. За пару лет до появления легендарного iPhone вышла статья какого-то обозревателя, который высказал мысль, что конвергенция компьютера и телефона очевидна. Он проиллюстрировал тезис множеством самых разных вариантов все еще неудачного сочетания их функций! Кто угадает с оптимальным сочетанием, сорвет умопомрачительный куш,– было главной мыслью обзора. За год до появления iPhone на очередной публичной презентации новых продуктов Джобса спросили, почему Apple не выпускает смартфоны? Джобс ответил фантастически изящно: Apple гордится не только тем, что выпускает, но и тем, что не выпускает.

Чем ситуация с офисными приложения кратно хуже этих историй про смартфоны– что конвергенция компьютера и телефона предвкушалась, ее ждали и хотели, хотя и не знали в точности удачный продукт конвергенции. А офисные приложения всех устраивают. За 40 лет к ним привыкли и ничего принципиально нового не ждут, кроме мелких новых фенечек. Даже IT-шники об этом не думают. Кроме штучных яйцеголовых, никто не задумывается о бумажной логике работы этих, казалось бы, мастодонтов цифровой трансформации. Но это не цифровая трансформация– это цифровая мимикрия.

Да, на заре появления цифры максимальное приближение к бумажной логике работы Word Perfect и удачная его автоматизация не зря завоевало Америку– эта логика развития работы с бумажным текстом была абсолютно оправдана. Маркетинговый гений Билла Гейтса подмял триумф многих продуктов, не только офисных– сегодня Word/Excel олицетворяют офисные функции. Но, как и все в империи Microsoft, развитие погрязло в имитации и погоне за прибылью. Идеологически офисные приложения застыли на фазе подмены бумаги цифрой: прибыль и трансформация плохо совместимы. История Джобса наглядно подтверждает, чем чревата трансформация, хотя ему удались и триумфы. На то он и гений. Гении наживы отдают дань уважения Джобсам, гениям трансформации, но сами такой логики развития избегают.

Сейчас в России уникальная ситуация для конкуренции и разработки цифровых приложений, поскольку государство оказывает поддержку текущим разработкам при беспрецедентном давлении на все уровни подведомственных государству структур по переходу на отечественное ПО. При этом все отдают себе отчет в функциональном отставании отечественных решений от привычных иностранных приложений по большинству разработок.

И хотя остается конкуренция между отечественными производителями, никогда ни до, ни после не будет столь уникального шанса на разработку стратегических заделов, которые обеспечат успешную конкуренцию в будущем, когда бизнес-условия станут намного жестче. Если не рисковать и следовать текущим запросам, гарантирована перспектива оставаться в роли догоняющих западные приложения. Если рискнуть, появляется шанс получить фору на отечественном рынке и даже обойти традиционных лидеров, обреченных на поддержку унаследованных решений.

Но у нас обожают KPI. Ключевой показатель– прибыль. Что надежнее для прибыли, довесить пару фенечек, которые уже давно есть в Word/Excel, или попытаться создать новые цифровые принципы работы с документами, к которым потребитель не готов? Его же еще потом надо будет учить и доказывать преимущества новых возможностей работы с документами?!

А какой он, российский потребитель офисных приложений? Главный запрос к разработчикам отечественных офисных пакетов на волне насильственного импортозамещения– чтобы кнопочки в интерфейсе приложений были там же и такие же, как в Microsoft Office. Причем главный заказчик импортозамещения чиновник, которому нужны самые примитивные функции и который наиболее чванлив, чтобы прислушиваться к пропаганде новых возможностей. Кто реально плотно работает с текстом и кто мог бы оценить новые возможности, не определяет массовые заказы. А одиночные гении текста обычно работают со своим локальным офисным пакетом. Даже если они оценят новые возможности, не они определяют спрос, зато могут спокойно обойтись своим ранее установленным приложением, в том числе Microsoft Office.

Тупик? Да. Можно ли из него выбраться? Если появится Джобс или директивная воля, понимающая шанс обойти на крутом повороте тот же Microsoft Office, который вынужден тянуть хвост старых наработок, можно попробовать. В конце концов, Россия всегда делала рывок именно в критических для себя ситуациях. Движение по планам и расписаниям не для нас. Скучно, наверное. Менталитет медведя в спячке. Будем надеяться на весну российских офисных приложений.

Что я вижу в цифровом офисном приложении

Цифровая среда, в отличие от бумажной, многомерна. Любой плоский текст перед нами, на самом деле, как минимум, гипертекст. Информационный взрыв означает, что любой текст неоднозначен и имеет множество подтверждений и возражений, не говоря о том, что он может быть злонамерено или незлонамерено ложен. Значит, в идеале, я должен иметь возможность уточнить любые его положения, не говоря о быстром и удобном доступе к источникам. Это значит, что в основе офисного пакета должен быть не текстовый файл, а, как минимум база данных. Лучше база знаний с движком ИИ для реакции на разные уточняющие запросы.

Тогда и хранить документ логичнее не в иерархической структуре папок, в которой путаются даже педантичные сисадмины, а в логике баз данных с автоматической индексацией на основе лингвистического анализа, что поможет искать документы тоже автоматически по смыслу его содержимого.

Прообразом такой логики работы с документами можно считать системы типа «Консультант» и «Гарант». В этой логике можно было бы ожидать глобального развития библиотечных систем в направлении сетевой интеграции всех типов документов. Однако наблюдается обратная ситуция, когда не торопятся реализовывать в отечественных офисных пакетах даже локальные плагины для автоматического заполнения в тексте библиографических ссылок по разным стандартам типа EndNote, Zotero, Mendeley, ссылаясь на ограниченный круг пользователей, которым это критично.

Локальная работа с цифровым документом должна обеспечивать базовые задачи электронного документооборота, которые сегодня реализуют в больших системах СЭД. При переводе логики работы с документами на простые СУБД (например, типа sqllite) со стандартными интерфейсами взаимодействия с внешними БД, можно было бы органично перераспределить задачи документооборота на уровне документа и на уровне администрирования библиотек документов.

Чтобы логика работы с документами была сквозной, нужны добротные распределенные деревья каталогов. А это перекликается с новой логикой работы по идентификации. Я неоднократно утверждал, что пришедшая с запада идеология защиты идентификация под углом зрения защиты персональных данных ошибочна. Защищать надо персональные операции, чтобы проверка полномочий не производилась путем идентификации. Именно система каталогов могла бы отвязать проверку полномочий от идентификации– и тогда идентификация может быть совершенно открытой и соответствующей традиционной логике гражданской ответственности.

Но ключевым в реально цифровом приложении по работе с документами я вижу жесткое, но ненавязчивое структурирование. Форму и содержание связывает структура текста. Носитель смысла может не осознавать структуры своей информации, но он ее чувствует. Инструментарий приложения должен подталкивать носителя информации к структурному построению текста. Тогда и получателю текста будет легче понять передаваемый ему смысл. Главный вызов– как сделать такой инструментарий удобным и ненавязчивым. Неплохим прообразом такого интерфейса можно считать офисный пакет Apple– они предлагают пользователю изначально структурированные образцы текста, в которых нужно заполнять трафаретные поля своим содержанием.

При подготовке документа в грамотно структурированном формате появляется уникальная возможность представлять один и тот же контент в разных внешних формах: смысл хранится в давно известном, но не получившем достойного уровня развития формате xml, а внешние представление в формате xslt. Сам по себе формат xml используется, но его ресурс описания структуры недоиспользован. Зато открывается непривычная пока возможность хранить и рассылать разные внешние представления единого содержания. В той же логике можно обеспечить выдержки из основного текста, цитирование со стандартными форматами ссылок, протоколы доработок...

Структурированный текст удобно хранить в формате баз данных с автоматической конвертацией в отчуждаемый формат xml. Отслеживая даты, время и авторство, такой формат хранения делает логику работы с информацией существенно точнее и гибче, чем в виде плоских изолированных текстовых файлов.

Иначе может заиграть в такой логике работы задача включения в документы списков. Списки органичны для обработки базами данных. Если движком обработки документов станут базы данных, в стабильные описательные части документа намного удобнее будет интегрировать динамичные списки, работа с ними становится гораздо комфортнее. Простые и привычные для баз данных задачи сортировки станут применимы для текстовых документов. Появится возможность динамичного подключения к текстам внешних баз данных, интеграции данных из разных источников, столь привычная для руководящих рассылок.

Все варианты развития документооборота при такой трансформации из плоских текстов в многомерные, на основе уже привычной логики баз данных, с подключением систем ИИ, даже сложно предугадать– это новый мир, который пока неизвестен и поэтому не востребован. Найдутся ли Джобсы в России, кто рискнет сорвать куш новых пока неизвестных потребностей? Нашлись бы энтузиасты их поддержать в столь продуктивной и полезной инициативе в случае неудачи?

Альтернативная хартия цифровой школы

(по мотивам «Хартии цифрового пути школы»)

Образование и мир

Образование многими рассматривается как интеллектуальный инструмент для конкуренции на рынке труда. Однако рынок труда всегда гонится за изменяющимся миром. Чем быстрее меняется мир, тем сильнее система образования как инструмент соответствия рынку труда отстает от изменений мира. Образование как картина мира, на первый взгляд, не связано с рынком труда, занимается отстраненными от повседневных задач вопросами, но именно целостная картина мира облегчает гонку за изменениями. Полезный трудовой навык наработать легче, чем построить картину, образ мира. Картина мира– лучшая преадаптация к быстрым изменениям.

Школа и мир

Школа – это целостная среда мягкого освоения мира, зеркало его возможностей и процедуры их осознания. Что не освоено в школе в мягком режиме помощи и поддержки, потом приходится осваивать в жестком режиме самостоятельной жизни или оставлять неосвоенным. Школа раскрывает широкие возможности мира, предупреждает риски и предполагает перспективы.

Учитель и мир

Учитель– носитель принятой картины, образа мира в личной профессиональной интерпретации. Главное отличие учителя от других носителей картины мира– способность ею делиться, учитывая особенности восприятия ученика и помогая ему выстроить свою. Картина, образ мира– это известные модели и языки их описания, ролевые позиции и правила их взаимоотношений, ценностные ориентиры отношений и реакций на различные события, образцы проявления телесности, чувств и эмоций на примерах из жизни и культуры.

Содержание образования

Построение картины, образа мира происходит всю жизнь. Образование как построение картины мира происходит через освоение способов познания мира, навыков построения образа мира, нахождения или смены своего места в мире. В быстро меняющемся мире успешнее проявляется активная (субъектная) позиция, способная на основе своей картины мира лучше ориентироваться, быстрее достраивать свою картину мира вслед за изменениями. Кто сам не успевает за изменениями и знает свои способности, в активной позиции умеет встраиваться в команды с быстро реагирующими на изменения лидерами. Узнавание себя и овладение способами осваивать и достраивать свою картину мира и есть содержания образования.

Качество образования

С учетом развития личности и ее картины, образа мира на протяжении всей жизни во всех ее проявлениях, качество образования проявляется в эмоциональном соответствии занимаемым ролевым позициям: соответствии реального желаемому. Чем лучше человек знает себя и чем ближе условия его жизни к его прогнозам, тем выше качество его образования– построенной им картины, образа мира.

Результаты образования

В быстро меняющемся неоднозначном противоречивом конкурентном мире результат образования имеет такие же характеристики. Если рассматривать образование как построение картины мира, то результат образования может быть оценен только косвенно по внешним проявлениям.

Результаты обучения

Обучение отличается от образования конкретностью результатов. Для разных целей нужно разное обучение и оцениваются разные результаты, разной направленности. Для оценки знания моделей и языков их описания уместны тестовые задания с формальными критерями сопоставления разных решений. Для оценки навыков взаимодействия в коллективе уместны социометрические опросы или доказательные портфолио. Личностные характеристики могут считаться для внешней оценки некорректными или оцениваться субъективно, при необходимости. В условиях цифровой среды часть результатов обучения может формироваться по цифровому следу.

Родители и школа

В условиях быстрых изменений не остается шансов на длинные циклы обучения по долго разрабатываемым и долго утверждаемым программам. Необходимы динамичные индивидуально адаптируемые программы, ориентированные на активное образовательное поведение ученика и семьи. Надо помочь родителям осознать необходимость вовлеченности семьи в формирование образовательной траектории ученика, умение и готовность делать выбор, нести за него ответственность.

Цифра и мир

«Цифра»– это сокращение и обобщение понятия «цифровые технологии» во всевозможных проявлениях. Цифровые технологии радикально изменили мир, поскольку резко сократили циклы обновления огромного количества процессов, которые в эпоху бумаги и механики обновлялись годами и десятилетиями. Они внесли изменения в разных качествах на разных уровнях:

• и как инструмент,
• и как технология,
• и как сложная среда экосистемного типа, прежде всего коммуникационная,
• и как процесс мышления, опираясь на искусственный интеллект, робототехнику и множество других проявлений, влияющих на продуктивные способы мышления.

Именно «цифра» стала причиной ускорения изменений мира, поэтому существенно расширены пространства в картине мира с отражением цифровых проявлений. Без «цифры» современное образование невозможно, чтобы быть адекватным своим задачам.

Цифра и личность

Цифровые технологии радикально изменили делопроизводство. В доцифровую эпоху совместимость данных была крайне низка, поэтому задачи агрегации данных были крайне трудоемки. Для снижения трудоемкости документы строились с избыточностью. «Цифра» сняла проблему совместимости и тиражируемости данных, тем самым уничтожила трудоемкость традиционного документооборота. Это привело при сохранении старой логики делопроизводства к «цифровой прозрачности». Возросли риски приватности, информационного преследования. Взрослые не умеют жить в таком информационно прозрачном мире, не успевают к нему адаптироваться с цифровой скоростью изменений.

Цифра и школа

Цифровое расширение картины мира является новым полем работы школы. Этика и эстетика цифрового мира становятся важным содержанием обучения и образования в современной школе. «Цифра» должна быть широко представлена в школе вопреки страхам тех взрослых, которые сами не готовы к полнокровной жизни в цифровом мире. Только глубокое погружение в цифровой мир при поддержке грамотных учителей может обеспечить полноценное образование и обучение в школе.

Цифра и учитель

Учитывая стремительность изменения цифровых сред и способов взаимодействия, усилия должны направляться на постоянное и оперативное повышение квалификации учителей, вовлечение в цифровые форматы работы не только профильных учителей информатики, а по всем направлениям обучения. Цифровое расширение мира должно быть отражено во всех программах и направлениях обучения.

Цифра и родитель

Все, что мы не понимаем, чем не умеем пользоваться, что несет риски, вызывает страх. Взрослые, в профессиональном внимании которых не находится «цифра», не успевают угнаться за ее динамикой. Поэтому многие испытывают вполне обоснованный страх. Страх вызывает 3 наиболее частые реакции: спрятаться, убежать или напасть. В отношении «цифры» ярко представлены все эти формы. Если исключить инфантильные реакции, взрослый в состоянии понять, что «цифра» с нами навсегда, все закономерности, включая быстрые изменения, неизбежны. Самая продуктивная реакция– использовать возможности удерживать изменения под контролем. Ограждение ребенка от рисков поставит его в ущербное положение в ближайшем будущем. Школа– шанс помочь ученику быть в потоке изменений и быть готовым к его поворотам. Чтобы лучше оценивать риски и адекватно помочь, если неприятность все же случится с ребенком, надо самим взрослым стараться не отставать от изменений. В идеале, школа может держать в цифровом тонусе не только учеников, но и их родителей.

Цифровая образовательная среда (ЦОС)

Мы живем в цифровой среде. Она решает не только образовательные задачи. Цифровая образовательная среда ориентирована на решение образовательных задач. Она складывается из самых разных элементов, в том числе образовательных платформ– как общедоступных, внешних (государственных и коммерческих), так и локальных (изолированных в локальной сети организации и корпоративных с ограниченным доступом). Личная ЦОС складывается из тех цифровых систем, с которыми лично взаимодействует ученик в целях образования.

Государственная ЦОС

В условиях цифровой среды и постановки задач образования в течение всей жизни прежняя структура системы образования в виде жестких уровней и этапов растворяется. Циклы обновления диктуют необходимость более коротких фрагментов обучения, которые в совокупности формируют индивидуальную компетентность. В этих условиях нужны новые условия персональной образовательной логистики, превращения всей инфраструктуры образования в единый распределенный по всей стране образовательный институт с гибкими правилами и процедурами набора индивидуальной компетентности с возможностью удобной и оперативной адаптации на рынке труда.

---

Базовый пост «Сборка по ЦОС» от 13.5.2017, где подборка ссылок по этой теме

Типология ЦОС

Цифровая образовательная среда– неоднородная задача с множественными составными элементами и связями. Чтобы обеспечить управление и развитие ею, особенно в множественных узлах, нужна какая-то типология, классификация, чтобы можно было говорить на одном языке и продуктивно организовывать логистику по ее обеспечению.

За основу предлагаю схему, которую публиковал ранее. Там отражена принципиальная идея схемы. Там же внутри есть ссылка на 2-уровневую списочно-табличную форму состава ЦОС. Общие фразы там есть, но, похоже, схема/типология требует дополнительных пояснений по структуре.

В схеме отражена фракальность ЦОС: на любом уровне есть нечто, имеющее возможность решать специфическую задачу. Но помимо адресного инструмента на любом уровне есть общие сквозные задачи: коммуникации, управления процессом и средств его сопровождения (поддержания в рабочем состоянии, внесения правок под новые повороты задачи в некоторых пределах без радикальной доработки).

1. На верхнем уровне ЦОС специфической задачей являются задачи ведения образовательного процесса. Между его участниками должна поддерживаться коммуникационная среда и должны быть инструменты управления участниками и согласования ведомых ими процессов. Все эти инструменты требуют технической поддержки.

2. На следующем уровне каждый активный участник, играющий ведущую роль в организации своего учебного процесса, в качестве специфической задачи видит инструмент реализации своей программы. Это инструментарий ведения задач обучения. Помимо собственно учебного процесса, неотъемлемой частью его, являются коммуникации между участниками, инструментарий управления их работой и инструментарий технической поддержки.

3. В реализации каждого элемента учебного процесса, условно урока или занятия, темы, нужно обеспечить

   • инструментальные средства (гаджеты, приложения общего применения)
   • методические средства– для решения задач, заточенных под конкретную тему или вид работы, наличия приложений, например, для изучения закона Ома или для индивидуального подбора задач по мере решения, автоматических ресурсов по определенному учебному курсу, электронного учебника...
   • технологичную среду (учебная деятельность, чтобы обучение стало образованием, должно проходить в коммуникации и обеспечено персональной логистикой).

Среда подразумевает коммуникацию, управление, в том числе поддержку всех видов. На нижнем уровне не приведено детализации, потому что работа по конкретной теме может иметь специфические средовые ресурсы, но чаще на этом уровне используются средства верхних уровней, то есть необходимость их индивидуального выделения неочевидна. Типизация на нижнем уровне могла бы опираться на 4-уровневую модель цифровизации– отчасти так здесь и есть. Просто, верхние 2 уровня, отсутствующие на схеме, носят смысловой характер, не предполагают материального артефакта.

На каждом предыдущем уровне есть специфика у задач коммуникации, управления и поддержки. Часто существуют разные оргструктуры работы с ними. В частности, общая инфраструктура часто находится под контролем корпоративных системных администраторов, которые выстраивают всю вертикаль технической политики, включая процедуры и правила. На уровне решения образовательных задач педагог часто сам решает эти задачи или с помощью своего лаборанта. Возможно, они даже используют единый корпоративный инструментарий, но на своем уровне ответственности под своим личным сетевым пользователем.

Такая типология позволяет маркировать задачи и инструменты по двум перекрестным уровням: корпоративный-учебный-методический (сверху вниз), а также по типам инструментария (по горизонтали). Похожесть направенности по разным уровням применения облегчает запоминание и понимание. При совмещении уровней некими конекретными инструментами это несложно учесть при логистике.

Запрос на учителя

Ключевой конфликт в педагогике в смене логики задач педагога. Сначала учитель был сродни Моисею — он владел высшими скрижалями, был дефицитным носителем знания для редких мотивированных учеников. И поэтому он был автономен и предельно субъектен.

Потом учитель стал массовой профессией и винтиком в знаниевом ксероксе — штамповал единую образовательную программу. Для этого учителю не нужна была субъектность, даже мешала. Но некоторые все же пытались выпрыгивать из запрограммированного потока, пытались следовать логике предыдущего периода, потому что никто не декларировал смену этой логики. «Нести разумное, доброе, вечное» было красивым лозунгом, но неправдой, за редкими исключениями.

А сейчас знаниевый ксерокс теряет смысл — цифра ксерит не хуже, а даже лучше человека. Снова растёт запрос на субъектного учителя, выпадающего из единообразного потока. Но массовому пассивному ученику и его родителю субъектный учитель сложен. Пассивный ученик тяготится претензиями субъектного учителя на активность и начинает сопротивляться, хочет в старую единообразную школу. Он не понимает, но подсознательно чувствует, что в субъектной школе его начнут обходить субъектные ученики. Неуспеха он боится, а в успех не верит, ибо не хочет переходить в зависимость от активности.

Надо не идти на поводу у массы пассивных и фрустрированных активностью, а искать способ снятия их фрустрации без ущерба для готовых к активности и стремящихся к ней.

Если быть до цинизма честным, массовая Марьванна довольно недалекая тетка, не выходящая за рамки учебника. Не все, но большинство. Их главная функция — поддержание режима коммуникации на уроке и в школе в целом для утрамбовки учебника до состояния приемлемой для отчета успеваемости. С точки зрения знаний (хорошо/плохо объясняет) массовая Марьванна компенсирует функциональную неграмотность — неспособность читать и понимать материал учебника. Цифровые ресурсы эти функции могут заменить намного лучше, причём с учетом индивидуальных предпочтений. При наличии достаточного числа цифровых и бумажных носителей знания для большинства учеников от современной Марьванны требуется скорее дисциплинарно-организационная и коммуникационная компетенция, чем предметная. То есть скорее доброжелательный диспетчер, разводящий, массовик-затейник, чем учитель-предметник.

Меньшинство, которому недостаточно разводящего куратора, делится на две противоположные категории, требующие внимания учителя-предметника: яйцеголовые и тупоголовые. Соответственно, учителя им нужны совсем разные по предметным способностям.

То есть, я утверждаю противоположное официальным декларациям: массовое учение абсолютно легко ляжет на цифру и поэтому легко индивидуализируется. К нему нужен коммуникатор-фасилитатор, чтобы процесс шел, чтобы ученик учился на цифровом материале. То есть нужен учитель как живой человек, причем с совершенно другими навыками, чем мы предъявляем традиционному учителю. И нужно осознание глупости санитаров. Цифра не вреднее бумаги. Нужен здоровый образ жизни, а не дурацкие запреты непривычного в пользу привычного.

Я вел речь о текущих типовых задачах по накачке всех единой программой — для обучения. Для настоящего образования нужен личный интерес. Вот, для личного интереса нужен настоящий увлекающий учитель, коих и сейчас единицы. И их потенциал надо освобождать от пересказа учебника — их миссия должна использоваться с большей эффективностью, причем с теми, кто заслужил их внимание, освоив учебник на цифре.

Радости и грусти нового этапа ЦОС

Боюсь, не все сознают, что интеграция цифровых данных 35 медицинских организаций Москвы в электронный журнал МЭШ– это не просто удобная цифровая возможность избавиться от бумажных справок о болезни, а новая стадия цифровизации.

Журнал—это порождение бумажных технологий. Он родился в неудобствах работы ручкой по бумаге. Это шедевр бумажных технологий. Когда делались первые электронные журналы, психологически важно было их делать похожими на бумажный. Я сам писал это требование в методических рекомендациях, которые вышли в 2012 году.

Теперь важно осознать, что этап привыкания прошёл, больше похожесть на бумажный не нужна! Стык с внешней информационной системой— полезный и важный— означает, что пора менять концепцию электронного журнала.

Сущность «урок» как учётная единица присутствия учителя и ученика в конкретное время в конкретном месте по конкретной тематике— это один объект учета, административный.

Сущность «учебная задача» как элемент методической логистики, которая может быть групповая или индивидуальная, в рамках урока или вне него—это совсем другой объект учета, методический и скорее индивидуальный в условиях цифровой трансформации. Причём, с учетом гибридности образовательного процесса в совокупности из разных источников. То есть нужна возможность ученику совместить данные из разных электронных журналов в свой единый дневник— он то свой, уникальный.

Смею утверждать, что редкие электронные журналы в своей основе разводят эти сущности, ибо делались с бумажным журналом в голове. Могу поностальгировать про наш журнал РУЖЭЛЬ, который изначально так был спроектирован, но важнее призвать устоявших на рынке вендоров или, что важнее, их заказчиков, начать перестраивать структуру данных электронных журналов под новые реалии.

Спасибо Москве за прекрасный пример и повод задуматься о трансформации электронных журналов. Казалось бы, удачный момент обсудить новые задачи информационных систем для образования, но, похоже, это уже никому не надо.

Учитывая, что «Моя школа» берет за основу МЭШ, близится момент истины. Впрочем, уже наступил— вывод из великого закона Мерфи. С подписанием соглашения с МЭШ стало вырисовываться, что за такая «Моя школа». Похоже, никто ее в полном объеме писать не будет– это упаковка для тех, кого допустят. Вовсе не открытая платформа на открытых протоколах— за такие идеи легко в кутузку загреметь.

Конкуренция за чиновников (точнее, за госбюджет) не любит экосистем. Иллюстрация подходов— ограниченный допуск к телу школы списков ЭОР. Великие возможности гибкости и экосистемности на основе цифровых технологий тонут под возможностями цифрового надзора и контроля.

Позыв мой был в логике гибкости и экосистем. Дескать, нужно тоньше переописать образовательные сущности, стандартизовать их описания, чтобы все писатели софта могли взять их за основу и легко взаимодействовать друг с другом. И тут же возник вопрос— ЗАЧЕМ? Кому и зачем это нужно, если рынок схлопывается в одну систему, которая сама, конечно, ничего не может, но будет втягивать в себя тех, кто устроит ключевых персон регулятора. Без открытых протоколов это делать спокойнее и тише.

Моя буйная деятельность 2000-х по продвижению открытых протоколов к ЦОС, стандартам описания образовательных сущностей для возможности легко и гибко скрещивать разные информационные системы потерпела полное фиаско на текущем этапе. Методические рекомендации к электронным журналам устарели, не дав свежих побегов в стиле экосистем. Всех достижений— несколько сверхмотивированных школ на некоторое время отбились от катка муниципальных и даже региональных электронных журналов. Слабое утешение. Одна надежда— на новом витке следующих десятилетий, «на пыльных тропинках далеких планет останутся наши следы».

Гибридные коммуникации

Все чаще наталкиваюсь на обсуждения гибридных мероприятий. Так называют попытки провести коммуникацию между присутствующими очно и удаленно по сети.

• Я понимаю, что это может быть важно по необходимости, кто вынужден включать в обсуждение удаленных участников.
• Плохо понимаю тех, кто целенаправленно так формирует аудиторию.
• Совсем не понимаю тех, кто осознанно в такие мероприятия включается удаленно, когда в этом нет острой необходимости. Разве что, понаблюдать. Хотя и это гораздо удобнее в записи.

При подготовке простого мероприятия есть важная задача— обеспечить групповую динамику. Участникам не должно быть скучно и они должны успевать ориентироваться в событиях, ожидаемо и продуктивно участвовать в коммуникации.

Динамика очного мероприятия и динамика онлайн-мероприятия разные. Они настолько разные, что скрещивать без особой необходимости— это вызов на грани шизофрении. Наиболее приемлемый вариант, когда удаленных участников можно собрать в одну или несколько групп. Их нужно обеспечить модератором/фасилитатором, присутствующем очно, чтобы он мог выступать посредником, представителем интересов удаленной группы.

Как ни странно, сблизить динамику и логику работы очной и удаленной групп может активизация обсуждения посредством офлайн-фрагмента программы. Если понимать «офлайн» в классическом контексте как обособленную работу (обычно индивидуальную). Участие должно предполагать работу с общим материалом мероприятия заблаговременно.

Если заранее вынести в цифровом формате доклады и сопутствующие материалы на ресурс мероприятия, а в программе предусмотреть только обсуждение или творческую работу над ними, то логика работы очных и удаленных участников сближается. Динамика их участия все равно разная, но более близкая, потому что стадия приёма базовой информации едина,— различия только в реакции, которая тоже частично едина, ибо заранее продумана.

Long-I-Talk конференции или «Умные беседы»

Конференции стали критикуемым жанром деловых коммуникаций задолго до начала длинных карантинов. Тем не менее, они одновременно являются кризисом жанра, потому что альтернативные версии пока не получили широкого развития. Поэтому даже в период карантина наиболее массовым форматом деловых обсуждений стал тот же способ последовательных сжатых докладов, хотя для работы в сети это наименее продуктивная форма работы.

Подробнее проблематика отражена в блоге. Предлагается создать смешанный формат обсуждений, где информационная часть публикуется в цифровом формате офлайн (асинхронно) и обсуждается офлайн (асинхронно), и только авторы, вызвавшие интерес/дискуссии, выносятся на синхронное обсуждение онлайн или очно.

Для таких вариантов работы вполне подходят современные соцсети, но в них не хватает специфических видов реакции и группировки. Предельно близки к описанным режимам группы ВК, с точностью до типов реакций и предусмотренных уровней вложенности.

Структура офлайн-конференций (асинхронных)

В существующей структуре соцсетей не хватает уровней вложенности.

Должна быть головная структура, объединяющая все темы обсуждения под руководством конкретного программного комитета– аналог титульной информации традиционных сегодня конференций. В ней должны быть описательные разделы и хронологичные посты о текущем состоянии, новых поступлениях и планируемых мероприятиях.

Каждая тема должна быть вложенной группой, объединяющей отдельные доклады под руководством членов программного комитета и с административными правами оргкомитета. В ней должна быть возможность внутренней хронологии работы по данной тематике.

Для каждого доклада вполне подходят существующие в ВК «Беседа» или «Обсуждение». Головной пост должен показывать автора, короткий анонс и ссылку на цифровой материал с докладом (или цепочку ссылок).

Нужно добавить жесткую типизацию комментариев к докладам: вопрос, возражение, поддержка/уточнение. По каждому корневому комментарию должна быть возможность вложенной дискуссии (это уже существует в большинстве соцсетей).

Типы реакции и индикации счетчиков

Специализированные Беседы/Обсуждения по каждому докладу должны по индикации быть ориентированы на цели делового обсуждения.

Счетчики действий
• Просмотров
• Дискуссантов
• Комментариев (всех совокупно, включая вложенные, и только головных с детализацией по типам)

Счетчики простых реакций-голосований за синхронное обсуждение
• Отказ от участия в обсуждении (отмена напоминаний об участии в этом докладе)
• Запрос на синхронное обсуждение (только при наличии комментариев)

Были бы полезны сводные статистические формы по докладам и индивидуально по участникам (личные кабинеты участия), чтобы эта «конференция» их пинговала, напоминая о необходимости выделить время для просмотра материалов и комментариев.

Польза доработки формата обсуждений

Помимо привлечения аудитории и формирования делового внимания к платформе, востребованный новый формат профессиональной коммуникации повышает имидж платформы. Кроме того, зона сетевой концентрации профессиональных интересов является точкой внимания производителей товаров и услуг в данной сфере.

PS. 24.8.2022. Доклад на 7 минут с описанием задачи в разных форматах:

• конкаст (звук и слайды)
• видео (YouTube / RUTUBE)

ТЗ: ConCast на базе Podcast

Для звуковых файлов существует расширение формата ID3.v.2.4. Оно позволяет разметить звуковой файл на части («главы»/chapters), привязать к каждой части иллюстрацию и внешнюю URL-ссылку.

Обычно такой способ хранения используют для музыкальных треков. Особого содержательного смысла такие иллюстрации не несут, кроме красивой картинки и удобства навигации между частями, позволяя переходить моментально на желаемый фрагмент звукового потока.

Количество плейеров, поддерживающих данный формат, ограничено. Его поддерживают подкаст-плейеры Apple Podcasts, Overcasts, Pocket Cast.

Есть редакторы метатегов, позволяющих разметить звуковые файлы на части и дополнить их иллюстрациями и ссылками, но о существовании отечественных редакторов неизвестно.

Этот формат позволяет удобно создавать и хранить устные доклады на базе статичных слайдов презентаций, потому что такие звуковые файлы в 40 раз меньше по объему, чем видеоролики разрешением 760p. Сравнение с роликами более высокого разрешения, которые используются последнее время, еще более выигрышно. Объем медиа файла особенно критичен для передачи по мобильной сети, когда пользователь в пути и когда предпочтителен звуковой формат – за рулем, в поезде и т.п. Возможность передать деловую информацию с помощью отработанной технологии «подкаст» создает пространство для нового формата деловых коммуникаций на основе уже существующих технологий для звуковых файлов.

Главное препятствие на пути такого применения технологии подкастов– отсутствие полноэкранных подкаст-плейеров. Большинство плейеров не поддерживают это расширение звукового формата. А те плейеры, которые поддерживают, не полноэкранные, поскольку не рассчитаны на трансляцию изображений с мелкими элементами графики. Для существующих плейеров иллюстрации поддерживаются на вторичном уровне приоритета, не являясь частью активного пользовательского интерфейса.

Задачи

1. Создание полноэкранного подкаст-плейера с прозрачными немаскирующими элементами управления звуком, включая переключение частей/глав.
2. Создание удобного отечественного редактора разметки звуковых файлов для разбиения на части/главы с изображениями и ссылками. Наиболее уместным предлагается web-инструмент на хостинге подкастов или как самодостаточный

Цель

Породить новый сегмент коммуникаций– конкаст (звук со слайдами),– используя уже готовую инфраструктуру подкастов.

Целевая аудитория

Научные и деловые доклады, сфера просвещения и образования, новые форматы конференций.

Был проявлен осторожный интерес к описанию формата, но распространения как способ хранения докладов не получил в связи с отсутствием простых и удобных инструментов создания и просмотра.

Преимущества

• Компактный размер для хранения и передачи (особенно по мобильной сети)
• Простота создания (отдельные файлы достаточно синхронизировать по времени переключения слайдов)
• Множественные варианты использования (аналог ролика, отдельно прослушивание или быстрый просмотр по слайдам)
• Нет аналогов в мире такого применения давно известного формата (завоевание мирового рынка сейчас менее актуально, но возможно в перспективе– как минимум, в виде технологического опережения).

Тестовая база

Уже создан подкаст ConCastador, в котором опубликовано пару десятков конкастов. Опыт в формате howto описан в блоге для пользователей бытового уровня со всеми необходимыми ссылками и комментариями.

Потенциальный следующий шаг

(если инструмент получит развитие)

Формат позволяет хранить не только отдельные слайды, но и любые файлы. Было бы удобнее для описанных целей хранить не отдельные слайды, а целостный pdf с презентацией. Это еще больше облегчит создание таких докладов и работу с ними (можно предусмотреть в плейере выгрузку отдельно этого pdf).

Либо рассматривать такую ветвь развития (pdf+звук) как повышение функциональности pdf-ридеров/редакторов– добавление в текстовый формат звуковой информации, задающей автоматический тайминг пролистывания.

Апрельские тезисы (БабаЯга-22)

Наиболее острые задачи, требующие внимания в процессе цифровой трансформации школы, чтобы не завязнуть в повседневной суете.

1. Свободу школьным сайтам

   Отменить предельно странные требования к школьным сайтам. Всю формальную информацию, предусмотренную в этих требованиях, собирать в централизованные базы данных и обеспечить каждую образовательную организацию отдельной ссылкой на ее страницу. Предусмотреть в движке этого ресурса документированый сервис для свободной выгрузки данных на любые внешние ресурсы. Школа не должна быть ограничена в фантазиях для построения своего сайта, включая даже отказ от его ведения (ссылка на развернутое описание).

2. Цифровой аттестат

   Диплом вуза уже «копают» в формате странного эксперимента, а надо бы и про школьный аттестат не забыть. Тем более, при охвате электронными журналами и централизованными данными ОГЭ/ЕГЭ это совсем просто сделать. А хорошо бы еще и универсализм обеспечить дипломов с аттестатами и всякими другими подобными бумажками.

3. Переход на модель BYOD/НеСУ

   Индивидуальные устройства, аналогично учебникам и тетрадям, должны быть в личном пользовании (ссылка на развернутое описание). Могут быть социальные программы поддержки, но сами устройства должны быть личными. Централизовано комплектовать школы надо только инфраструктурными инструментами работы.

4. Аренда сложного оборудования

   Стандарт цифровой школы подразумевает наличие в школе очень непростого и дорогого сетевого оборудования, приемка и тем более эксплуатация которого без должной квалификации влечет колоссальные убытки в логике недоиспользования и вероятной порчи. Необходим переход на централизованное удаленное обслуживание цифрового оборудования и на арендную форму сложного и заменяемого оборудования. Задачи системного администрирования всех уровней должны носить сервисный характер. В школе могут быть технические сотрудники без сложных квалификационных навыков только как «руки» к «голове» удаленного по сети специалиста или как диспетчер для внятного объяснения удаленным спецам возникшей локально проблемы.

5. Протоколы обмена данными и открытые агрегаторы

   Необходима стандартизация и открытая публикация протоколов обмена типовыми данными образовательных систем, чтобы формировалась конкурентная экосистема образовательных продуктов на базе открытых государственных агрегаторов и ГИС аутентификации (ссылка на развернутое описание).

6. Самоцензура контента

   Цифровая среда открыта и динамична. Проверка новых систем на доступ должна оперативно проверяться только автоматизированными средствами, прежде всего на технологическую надежность и безопасность хранения/ввода данных. Содержательные претензии должны формулироватья как несоответствие общим и открыто опубликованным правилам по факту выявления. Надзорный орган может накладывать жесткие штрафы и/или ограничения на доступ при их выявлении в условиях эксплуатации. Постпроверка с административными рисками вместо привычной предпроверки. Ориентация на самоцензуру более динамична и поэтому насопоставимо лучше отвечает цифровой среде (ссылка на развернутое описание).

7. Модель открытого образования с ООП.

   Я про ОбщеОбразовательный Профиль на смену бумажным табелям в логике модели успешного освоения всех тем, а не про то, о чем подумали все привычные к аббревиатуре ООП. Единая логика контроля для всех форм обучения.

   В отличие от практики «рисования» переводных отметок, перейти в логику освоения целостных тем с проверкой в формате внешних независимых зачетов. Все темы и все учебные курсы, предусмотренные в профиле, могут последовательно заполняться учеником в произвольном порядке. Когда закончил заполнение всего профиля, тогда получил пропуск на другие виды деятельности, для которых ранее требовался аттестат. Школа в помощь. Медленная динамика заполнения– в пику родителям.

   В сети должен быть полный комплект материалов для самостоятельного освоения учебных курсов в рамках ООП и открытая инфораструктура для подтверждения освоения тем/курсов. В идеале, не только для школы, а для всех уровней обучения и целей образования. Структуры для очного посещения предназначены для личного контакта, очной коммуникации со специалистами и единомышленниками. Их цель– мотивация, коммуникация, социализация, профориентация, образовательный досуг и персонализированная помощь в обучении, образовании и смежных видах деятельности.

Принцип встроенной автоматизации.

Все информационные системы должны содержать в себе средства сбора данных, чтобы исключить ручной ввод для формирования отчетов. Бюрократические фантазии должны быть ограничены заданиями для разработчиков программного обеспечения без права нагружать ручными операциями педагогов и административный состав образовательной организации.

Санитарные правила– продукт массовых страхов и недостаточной информированности. Их и без моих призывов со временем исправят или будут игнорировать, ибо глупо плевать против ветра.

PS 23.05.2022. Цифровой пульс школы– развитие образовательных стратегий на основе цифровых технологий.

4 уровня цифровой трансформации

«Цифра» в образовании уже не требует призывов– ее использование стало очевидностью и неизбежностью. Нельзя сказать, что архитектура образования уже органично срослась с цифрой, но сейчас, несмотря на варварские санитарные правила и истерику особо озабоченных родителей, все вокруг на все лады прикручивают цифру ко всему подряд. Кидаться на них с глобальными лозунгами и призывами– только отвлекать и вызывать недоумение.

Популярную когда-то фразу «не надо меня агитировать за советскую власть» сегодня можно смело применять в отношении цифры в образовании. До карантина глобально-концептуальные цифровые изыски еще были для кого-то полезным открытием, но после цифрового взрыва, вызванного карантином, людям нужна конкретика. В новых условиях востребованы конкретные практики и открытия, а не призывы общего характера.

Из общих рассуждений остается важным, но еще не всеми принятым, понимание многоуровневости «цифровой пирамиды» аналогично приписываемой Маслоу: чтобы понять наличие более высокого уровня «цифры», надо сначала дозреть до его осознания.

От количества осознаваемых уровней зависит понимание смыслов ходового термина «цифровая тренсформация». С другой стороны, недопонимание смыслов не мешает ею заниматься, потому что трансформационная деятельность введет вперед и вверх на каждом уровне понимания.

• 1 уровень– инструментальный: вместо старых инструментов новые цифровые.

  Вместо ручки с бумагой монитор с клавиатурой в разных видах.

• 2 уровень– методический/технологический: вместо старых подходов и технологий новые цифровые.

  Вместо стопы бумаг и беготни между кабинетами цифровой документооборот, например.

• 3 уровень– смысловой: с учетом новых возможностей можно радикально иначе ставить задачи перед теми же по направленности видами деятельности.

  Вместо классно-урочной системы по одному для всех учебнику возможна персональная ориентация на личные образовательные потребности и возможности каждого.

  Не могу не вспомнить крайне неудачный пример недоосознания этого уровня цифровизации с перс.данными, неудачный закон 152-ФЗ. Вместо избыточных данных, характерных для всех бюрократических бумажек (ибо совмещать данные на бумаге непросто), можно было бы в каждой цифровой транзакции решать только те задачи и только с теми данными, которые только в этой транзакции нужны, а совмещение данных делать только там и только тогда, когда это действительно нужно. Игнорирование этого нового цифрового смысла (различие возможностей бумажных и цифровых технологий делопроизводства) приводит к утрате приватности людей в цифровом мире.

• 4 уровень– мыслительный: с помощью новых технологий расширять возможности мыслительных способностей биологического мозга.

  С помощью искусственного интеллекта выявлять те закономерности и управлять теми процессами, которые недоступны биологическому мозгу.

Минимальные критерии реализации ЦТ в школе:.

1. Ни одного бумажного объекта хранения.

   Ни личных дел, ни покрывающихся мхом старых журналов, ни позабытых аттестатов…

2. Школа— не архив.

   Все регламентирующие и ответственные документы своевременно переданы в цифровую систему, где за сохранность и доступ отвечают целевые специалисты, школа не должна повторно вводить принятую по регламенту информацию.

3. Ни одного незапланированного обращения извне за информацией с 1 сентября до 30 июня.

   Вся актуальная извне информация— в информационных системах. Исключения:

   • риск жизни/здоровью,
   • обоснованное подозрение в нарушении закона или договорных обязательств.

   Примечание. Родители— не извне, они соучастники образовательного процесса в логике образовательных отношений.

Школьный сайт как зеркало цифровой бюрократии?

Большинство адекватно восприняло мои резкие оценки «новых» правил публикации информации на сайте школы. Но до меня через третьи руки дошло недоумение про «что он предлагает?». Дескать, клеймить любой дурак может.

• Во-первых, этой идиотской истории уже много лет, что не делает идиотизм нормой. И я давно и много об этом писал.
• Во-вторых, могу повторить «для тех, кто в танке».

Ответственность за формирование образовательной среды на территории– а именно это единственных смысл наличия формальной информации на сайте школы– ответственность региональных и местных органов власти. Поэтому реестр образовательных организаций в едином формате представления информации– это именно их зона ответственности. Незачем перекладывать ее на беззащитные школы, которые должны заниматься совсем другими делами. И ресурс для этого у органов власти есть, и логика цифровой трансформации официально декларирует, наконец, борьбу с бюрократией через автоматизацию процедур цифрой.

В некоторых регионах так и сделали, что не отменило требований к школе, и там начинаются «танцы с бубнами», где официальным сайтом декларируется страница на региональном ресурсе, а личное творчество школы, если на это остаются силы, размещают на «неофициальных» страницах, якобы частных лиц. «Казаки-разбойники», про которых все знают, но новые правила выпускают.

Норма должна быть с точностью до наоборот от этих требований.

Должен быть централизованный ресурс, куда все стекается автоматически. Что не автоматически, там ручные формы сдачи с гарантией сохраности, чтобы не приходилось школе по 150 раз сдавать одно и то же, компенсируя огрехи чиновников и программистов. Получила школа «квиток», что загрузка прошла успешно– забыла о нем. Даже наоборот– именно там должен быть гарантированный доступ, чтобы не хранить его в школе.

В каком виде выкладывать эту информацию, сами чиновники пусть решают. Но у каждой школы должна быть уникальная ссылка на информацию о ней, чтобы на своем сайте она могла ее разместить и быть уверенной, что любой житель, кто сам не знает про центральный ресурс, по этой ссылке мог все официальное получить в удобном виде. И слепой, и глухой, и слишком умный, и слишком глупый– за официальный ресурс и его доступность отвечает чиновник, а не школа. А школа думает только об учебном процессе и увлекающей коммуникации со всеми участниками, без головной боли о структуре и запятых.

Более того, раз есть умный центральный реестр официальной достоверной образовательной информации, то на нем есть и сервисы по выгрузке ее в любом удобном виде. И туча сторонних сервисов с радостью накинутся на них для создания полезных людям приложений, аналитики, маркетплейсов... А школа, при желании и возможности, будет брать нужную себе информацию и представлять ее в удобном и нужном себе виде, в том числе на своем сайте. Но по собственному желанию и по собственному дизайну, структуре и всему, что можно придумать.

(перепечатка с facebook)

«Знак качества» цифровому курсу?

Бумажные учебники перед появлением в классе обычно проходили тщательную проверку на доброкачественность. Сокращение циклов разработки и переработки текста в цифровом формате до сих пор не могут выйти за рамки этого стереотипа, хотя уже не раз в цифровом пространстве бурно обсуждались скандалы с бумажными учебниками.

Вот и масштабный проект цифровой трансформации образования не мыслит себя иначе, как через жесткий контроль доступа цифровых образовательных ресурсов на сетевую учебную платформу. Третье чтение в Госдуме очередных поправок в закон «Об образовании в РФ» добавило к статье 18, в частности:

8(2). Электронные образовательные ресурсы включаются в федеральный перечень электронных образовательных ресурсов, допущенных к использованию при реализации имеющих государственную аккредитацию образовательных программ начального общего, основного общего, среднего общего образования, по результатам экспертизы содержащихся в них электронных учебно-методических материалов. Данная экспертиза проводится федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере общего образования.

Долгое время одним из самых читаемых моих постов здесь было рассуждение об уместности учебника в цифровом пространстве («Электронный учебник» как оксюморон 9.9.2013). Сейчас захотелось уточнить два тезиса на основе свежих наблюдений обучения в цифровой среде:

• теория для ученика должна быть общедоступна и бесплатна
• компетентность образовательной организации—  в организации процесса учения, а не в учебных материалах

Теория (учебник)—  в массы

Должен всячески поощряться любой способ объяснить модели и явления, кроме тех, которые запрещены законом. Поощрение должно заключаться в компенсации усилий по подготовке учебного материала в виде фиксированной законодательно доли отчислений на основе статистики использования его в учебном процессе на оплачиваемых учебных мероприятиях. Никто не обязан бесплатно учить, но обществу комфортнее, когда люди более образованы, поэтому общая логика образования, образовательной среды общества должна быть максимально открытой и доброжелательной к любой образовательной инициативе, кроме нарушающей закон.

Создание своего материала, по которому кто-то будет что-то изучать,—  это акт самоутверждения и самопродвижения. Если общие правила жизни в сети будут гарантировать финансовые компенсации затраченных усилий пропорционально востребованности созданного продукта, то это абсолютно достаточные условия для быстрого развития качественных учебных материалов. Причем абсолютно в противовес привычной стратегии «держать и не пущать» без особо доверительной проверки особо доверительными экспертами.

При оживленной сетевой жизни выявление багов в открыто опубликованном тексте несопоставимо эффективнее традиционной инспекционной проверки. При свободной публикации гораздо сложнее будет продвинутся, чем затесаться через «правильных» людей в чиновных заграждениях. Скорее, ради такого продвижения, кто сможет, будут платить известным экспертам для получения от них позитивного отзыва. И тогда доброе имя эксперта тоже будет иметь цену. Каждый живет по своим ценностям.

А жесткость надо проявлять не на начальном доступе, а на выявлении нарушений: риски попасть в «черный список» при нарушении единых правил должны действовать гораздо сильнее стартовых заграждений.

Но это другая ментальность, отсутствующий пока стереотип. Ждем медленного переосмысления новых цифровых реалий.

Компетентность учителя—  в организации учения

Можно многократно тиражировать заклинания про «учиться учиться», но смысл учения в общении учителя и ученика. Как нельзя увидеть себя без зеркала, как психолог нужен в качестве психологического зеркала, так и учитель нужен как целевой образ, возвращающий ученику образ того, что у него получается в процессе учения.

Иногда встречаются люди с высокими способностями к рефлексивности, которая позволет им считывать с окружающих коллег отраженный образ своего знания или навыка. Уметь учиться и означает этот навык: выбирать новое направление для освоения, выстраивать стратегию и тактику освоения, считывать с окружающих обратную связь о качестве освоенного.

Но большинству нужен проводник в учении по всем описанным этапам или по некоторым из них. Именно в этом компетентность учителя, который, в отличие от обычных людей, чувствует оптимальные стратегии учения другого. Хотя возможен вариант взаимной подстройки, когда разным ученикам лучше подходят разные учителя. Для массовой профессии второе гораздо более органично, хотя иногда встречаются выдающиеся учителя, круг успешных учеников которых заметно шире.

При таком смещении акцентов, когда учитель должен не доносить материал, а помогать в нем разобраться и найти свое место по отношению к изучаемому материалу, он может «сосать двух маток»:

• ученика (родителей), помогая его персональному продвижению в развитии картины мира (образования)
• заказчика своих выпускников, которые соответствуют ожиданиям заказчика

Можно здесь же детализировать, в чем и как должно выражаться решение учителем этих двух задач, которые внутри учебного процесса, на самом деле, схлопываются в единый процесс. Но я не хочу затуманивать ключевые смыслы деталями, которые заметно понятнее для осмысления при наличии постановки задачи.

Не расстанусь с бумажками!

Люди с трудом осознают, что привычные в старых условиях нормы в новых условиях могут быть вредны и даже опасны.

В бумажную эпоху даже простая копия официальной бумажки была проблемой, почти нерешаемой.

• Был период, когда на документах не было фотографий— технически сложно.
• Потом ч/б фото перестало быть проблемой.
• Потом цветное.
• Потом появились копировальные аппараты. Копию от оригинала было видно за километр...

Но пока вся информация была на бумаге, ее свободное распространение было все ещё проблематично. Именно поэтому бумажные документы всегда были избыточны— сложно совместить данные из разных бумажных источников. Когда документ в цифре и кругом сети, любая информация мгновенно передаётся и легко комбинируется/совмещается из разных источников. Логика бумаги стала избыточной— а ее сохраняют по привычке.

Концентрация в одном месте разных данных— это избыточность. Чем легче совмещать разные данные, тем дальше они должны быть друг от друга, чтобы на их совмещении было сложно построить новую информацию за рамками требуемой, для которой они хранятся.

Правила о персональных данных сидят между двух стульев:

• с одной стороны, бережно хранится избыточная логика бумажных документов
• с другой стороны, предпринимаются неуклюжие попытки ограничить их прозрачность

Это невозможно! Это бесполезная кормушка для безопасников. Надо полностью перепроектировать логику работы с данными в условиях цифровой информации и сетевого взаимодействия. Бумажный опыт годится только для подстраховки и резервирования на случай сетевых сбоев.

Простейший критерий удачного проекта новой организации работы с перс.данными—рекламщики не могут ломиться к человеку никаким образом. Вся реклама должна идти через специализированный рекламный маркетплейс (куда я сам зайду, когда нужно что-то купить/заказать) или обезличенно через посредника по выявленному им косвенно интересу при наличии в настройках «галки»-желания получать рекламу в ответ на похожую услугу/товар.

Всякие «экосистемы» для сбора разнородной информации обо мне с целью удачно впаривать свои товары/услуги, есссно, вне закона— каждый сервис должен быть изолирован и обезличен.

(перепост себя же из facebook)

PS. Изложение предложений по изменению логики защиты данных с подборкой ссылок о коррекции 152-ФЗ.

Образование как персональный оркестр

Что образование давно не дело трансляции одного мастера на нескольких подмастерье, не новость. Новость, что те задачи, которые давно лежат на одном учителе или вузовском преподавателе, уже пора делить на несколько разных этапов и операций. Собственно, даже это не новость, но способ распределения этих задач и нормативная база под него пока только формируются.

Кто дирижер?

Этот вопрос сейчас является наиболее спорным. Традиционно, на индустриальном конвейере обучения за процесс отвечали школа/вуз в лице ректора/директора. Да, и процесс был больше похож на конвейер, чем на игру оркестра. Впрочем, рядовой оркестр, вероятно, не слишком отличается от конвейера.

Но сейчас все чаще стоит вопрос об образовательной субъектности с заклинаниями в стиле Барбары Кетлин про «индивидуализацию-дифференциацию-персонализацию», которая под «персонализацией» понимает активное участие ученика в формировании образовательной программы. Это вызывает отторжение у многих экспертов, поскольку не каждый профи в состоянии строить программу, не то что ученик. Впочем, у Барбары это широкий спектр вариантов участия ученика в проектировании, и совсем не обязательно самому ее составлять, оформлять и утверждать. Наличие внятного образовательного запроса– уже неплохо. Даже это большая проблема в образовательных отношениях.

Тем не менее, в моей аллегории такой вопрос неизбежен: кто дирижер будет?

• Во-первых, если ученик может и хочет, ему можно позволить дирижировать. Хотя совершенно очевидно, что таких желающих исчезающе мало. Среди тех, кто все же решится, мало тех, у кого получится.
• Во-вторых, от организации оркестра и его сыгранности зависит сложность дирижирования. Хороший оркестр и сам сыграет с опорой на тех, кто возьмет на себя задачи координации без отрыва от своей скрипки. И вопрос не в манипуляции взявшимся за палочку неумехи, а в сыгранности и способности гибко подстроиться.

Поэтому я склонен больше обращать внимание на модель, где дирижер профи, а ученик способен заказать музыку. И в идеале, освоить в процессе навыки игры на инструментах и попадания в такт со всеми. И тем самым найти свое место в жизни на этом этапе учения, не исключая следующих.

Более того, в аллегории оркестра роль дирижера было бы странно недооценивать. Скорее, именно дирижер может обеспечить музыкальный шедевр, хотя без хорошего сыгранного оркестра это нереально. Поэтому, замыкая круг аллегорий, ученику нужен классный дирижер (создатель образовательной программы), а оркестр может быть и сам по себе, независимый от дирижера, но сыгранный, чувствующий и умеющий исполнять избранные дирижером партии в нужном стиле.

Кто в оркестре?

Полагаю, оптимальный состав оркестра– это сейчас основная архитектурная задача. Для традиционного учения в очном контакте с физической концентрацией учеников/студентов и сотрудников в здании школы/вуза состав оркестра и стилистика индивидуальных партий давно устоялись. С широким распространением дистанционных форматов в учебном процессе появились новые варианты. Как минимум, старые оркестровые схемы показали свою неэффективность, а новые только нарабатываются. Для некоторых, которые кажутся полезными, нет нормативных схем поддержки.

Мне близка мысль о том, что удобство офлайн-работы в собственном ритме, соблюдая внешние сроки, для многих станет базовым режимом. И это правильно, если с учетом наблюдаемых на карантине эффектов разложить учебный процесс на органичные этапы и подобрать под каждый из них оптимальный режим коммуникации.

В любом учебном модуле есть:

1. Вводная часть про то, какое место этот модуль занимает в общей картине мира («куда лошадь запрягать»). Для этой задачи идеальны профессиональные научно-популярные тизеры.
2. Ознакомительная часть без ноток научпопа
3. Примеры базовых типовых задач
4. Навык решения базовых типовых задач
5. Ограничения базовых задач и выход на более глубокий уровень моделей/понятий/задач
6. Типовые задачи, необходимые для квалификационных испытаний по модулю
7. Проблемы и навыки решения

Уровни с 1 по 5 вполне могут быть освоены за счет открытых и доступных цифровых курсов и даже роликов. Уровни 6-7 лучше осваивать интерактивно. Процесс коммуникации при этом решает спектр психологических, познавательных и воспитательных задач. Самостоятельное освоение начальных модулей является условием и доказательством готовности ученика погружаться в проблематику и продуктивно, полезно коммуницировать.

Интересы за рамками типовых задач и проблем обеспечивают углубление профессиональной мотивации и уровень преадаптивных навыков, способ выявлять перспективных специалистов не только по данной тематике, но и в целом как отношение специалиста.

Кто должен быть в оркестре с такой партитурой?

1. Изготовители научпоп тизеров
2. Изготовители ознакомительных частей модулей
3. Люди, готовые и способные отвечать на простые вопросы по вводным и ознакомительным частям
4. Изготовители тренинговых систем с базовыми задачами
5. Изготовители более глубокой части проблематики учебных модулей
6. Изготовители тренинговых систем с более сложными задачами модуля
7. Площадка коммуникации по разрешению вопросов/проблем глубокой части

Для ответов на сравнительно простые вопросы идеальна модель взаимной помощи учеников– это обеспечивает полезный повод для внутренней коммуникации между обучающимися, способствует более глубокому пониманию материала, не использует требующих оплаты экспертных ресурсов.

Для задач начального базового уровня могут открыто и многократно использоваться известные и хорошо зарекомендовавшие себя ресурсы. Остается вопрос с финансированием их разработчиков. Базовая гипотеза, что им должны идти нормативные отчисления с платных учебных программ, в которые включены данные материалы.

Аналогичная модель с более высоким процентом отчисления должна идти на более сложный уровень записанного цифрового материала.

В отработке практических задач более сложного уровня могут быть разные модели: взаимопомощь, взаимопомощь с подключением эксперта в сложных/спорных ситуациях, полностью с экспертным сопровождением. Видимо, эти варианты зависят от модели оплаты учебного процесса.

Площадкой для обсуждения вопросов/проблем за рамками квалификации можно предложить приглашение учеников на профессиональные платформы, где и когда это уместно.

Изложена модель обучения в логике дистанционных коммуникаций. Однако и для возможности очных процессов, я бы считал продуктивным выведение на очный режим только доказавшим свою заинтересованность на базовых уровнях. Это не только снизит нагрузку на квалифицированных специалистов, но и сформирует мотивационную рамку учения без вступительных экзаменов: хочешь–учись.

Что продаем?

В моем понимании, каждый продает свое.

• Цифровые учебные материалы (теория).
• Цифровые тренажеры.
• Администрирование учебного процесса (напоминания, объявления, «волшебные пинки», вопросы/ответы/контакты)
• Содержательная интерактивность (по теме обучения)
• Персональная образовательная программа

Особо хочу выделить последнее, поскольку считаю это главной профессиональной ценностью для персональной образовательной логистики. Умение составить полезную для ученика/студента программу в комплекте с внимательным администрированием ее прохождения в ситуации открытой образовательной среды намного важнее всего остального, что в этой среде может жить независимо и самостоятельно. В аналогии с оркестром– это индивидуальный оркестр для каждого ученика-слушателя без претензий, что те же музыканты могут играть другие произведения для других учеников-слушателей. Цифра это позволяет. Лишь бы дирижер угадал с музыкой по моему вкусу и вовремя сводил оркестр, когда я готов слушать.

Полный офлайн

По итогам очередной дискуссии в углубление логики прошлогоднего поста про дрейф смыслов online/offline появилась мысль, как еще точнее передать мое понимание «офлайн». Теперь только про offline– в базовом смысле, это «отключено» или «выключено».

1. У меня телефон без связи: батарейка сдохла, вышка не добивает, сбой провайдера– неважно, я без связи.

2. У меня плохая связь. Я могу иногда выходить на связь, делать что-то, обсуждать что-то и отключаться. В эти короткие сеансы связи я могу отправить кому-то что-то заранее заготовленное и скачать что-то, что оставили в сети для меня. А потом, уже без связи, с этим что-то делать «тихо сам с собою».

   Именно так обычно работали во времена соединения компьютеров по телефонной сети с помощью модемов. И именно тогда такой режим коммуникации назвали offline, потому что работали люди преимущественно отключенными от сети, обмениваясь независимо друг от друга информацией через сервисы-посредники, которые всегда были подключенными к сети (online).

3. Сегодня базовая ситуация «без связи» возникает крайне редко. Возникают вопросы, насколько значим факт отключения от сети для режима коммуникации «тихо сам с собою»? Как влияет на характер работы, если:

   • отключаться от сети или нет, когда я работаю самостоятельно «тихо сам с собою»?
   • скачивать на локальный диск информацию или работать на сетевом диске, но все так же «тихо сам с собою»?

   Для упертых «железочников» факт подключения более значим, чем характер работы с информацией. Для тех, кому первична работа с информацией, факт подключения значим только тогда, когда начинаются сбои в работе с информацией.

В качестве аналогии приведу пример выключенности из коммуникации на примере банальной вечеринки безо всяких линий связи. Представим большую комнату или милую полянку, где весело общаются люди: кто-то поет, кто-то танцует, кто-то рассказывает анекдоты,– все в активной коммуникации. И вдруг в этой веселой гомонящей толпе мы замечаем персону, которая сидит, уткнувшись в книгу или «тихо сам с собою» играет на гитаре, без слушателей. То есть, ни он никого не замечает, ни на него никто не обращает внимание. Он выключен из коммуникации, хотя физически он находится в среде, где все буйно общаются.

Смысл всего этого поста был в использовании слова «выключен» (offline) в ситуации физического нахождения в среде коммуникации. Именно поэтому я отстаиваю право называть офлайн такой режим работы, когда человек «тихо сам с собою» работает, независимо от факта подключения или отключения сети.

Но оба термина online/offline относятся к способу работы в сети:

• либо в активном взаимодействии с партнером по коммуникации,
• либо самостоятельно в удобном себе режиме.

Это два разных и важных режима работы в сети и поэтому их важно различать.

---

Вынесу сюда же реплику Павла Максименко для наглядности международного ракурса

«эти границы очевидны всем во всём мире, кроме России. Я общаюсь в четырёх языковых средах и нигде таких проблем нет. online conference, la conferencia en línea, la conférence en ligne, Conferência on-line - это всегда одновременная подключённость всех участников.

Оффлайн - это разнесённость участия во времени и в инструментах, а не личное присутствие где-то. В момент, когда я пишу, я онлайн по отношению к ФБ и оффлайн по отношению к своему телефону.

К общению вне интернета, вне иных технических сетей коммуникации эти термины не применимы. При общении вне сетей есть другие различающие термины - vis-à-vis, tête-à-tête, In private, witnessesless и так далее.»

Добавлю от себя английские термины для очного общения, которые встречал чаще: face-to-face, in-person.

Эмоции на исследование ЦТО

Спасибо коллегам за непростое исследование-мониторинг цифровой трансформации школ России! (ролик доклада на 2,5 часа)

Не будь у меня размышлений, как измерить/изучить эту задачу, стал бы размахивать наотмаш метлой БабыЯги. Подход у коллег здравый, но все равно ощущение попадания в молоко. При том, что поводов для размышлений все равно много и они небесполезные. Слушал с большим интересом и мыслей в ответ много.

Прежде всего, если и врезать метлой, то по нормативной базе, пролоббированной ханжами и луддитами «цифры». Слайд с показателями использования кастрированного школьного интернета для этого и вынес как иллюстрацию. Ничего ханженские нормы не ограничивают, но жить и полноценно использовать столь дорогие для страны сетевые ресурсы сильно мешают. Больше цифроидиотам внимания уделять не буду.

Главное соображение: цифровая трансформация образования– очень сложный и многогранный процесс, а измерять в нем получается только ресурсные/количественные аспекты. Как вариант оценивать эстетику художественного произведения по количеству букв, цифр, абзацев и орфографических ошибок.

В отношении формальных программ развития, наверное, иначе и невозможно. Было приятно услышать, что мой беглый взгляд еще летом на региональные программы ЦТО оказался практически идентичен детальному анализу коллег. Но и грустно, что «хватай-беги» по шаблону оказалось главным стержнем столь масштабного федерального проекта. Слегка обнадеживает, что логистический характер планов цифровой трансформации все равно полезен, ибо создаст инфраструкурные условия для содержательного развития потом, без потребности в «галочках» ответственности монстрового проекта. Порадовало, что хоть кто-то из регионов действует более осмысленно.

Другое грустное и глобальное– нагляден удар по бюрократической направленности цифровизации образования. Там не произнесли, но разумный сам увидит по слайдам, что вместо развития учебного процесса было гипертрофированное развитие бюрократических инициатив. В итоге, вместо освобождения школы/учителя от бюрократии, его завернули в цифровой контроль на несколько оборотов. А когда централизуют региональные бюрократические данные, ворота цифрового концлагеря для учителя захлопнутся на замок. Не знаю, как это скажется на наборе новых цифровых учителей.

Если думать о мониторинге и его показателях, то важно учесть мотивационные факторы. Коллеги об этом говорили, но мне показалось полезным усилить акценты. На эту мысль навели дискуссии-обструкции «применения ИКТ». До карантина внедрение цифры тормозилось условиями учебного процесса– не было задач, для которых невозможно жить без цифры. Отсюда единственным рычагом внедрения были формальные показатели «использование ИКТ». Сейчас ситуация радикально поменялась, потому что без цифры на карантине невозможно. Просто спроецировать очный урок на онлайн-урок не работает или плохо работает. Значит, уже актуальна задача методически совершенствовать практики использования цифры, цифровые модели коммуникации, учиться балансировать онлайн/офлайн форматы работы по сети. Все! Мотивационно ситуация радикально поменялась, поэтому словосочетание «использование ИКТ» поменяло смысловую нагрузку и критические наскоки на него уже выглядят как мимо цели. Хотя для кого-то, кто «в танке», возможно, еще полезно.

Докладчики выделяют 4 уровня развития цифровых навыков педагога (как и ЮНЕСКО в 2000 году), а мне кажется продуктивнее ограничится 3 ступенями, как мы это публиковали с коллегами РАНХиГС. Не потому что лучше (любая классификация имеет свои преимущества), а потому что проще, технологичнее. Мы не стали делить на подуровни методический «разрыв», потому что он все равно связан с традиционным учебным процессом, для которого цифра становится новым непростым технологическим инструментом, применять который технологически и методически грамотно учетель не всегда мог или хотел. Важно, что сейчас это уже потребность самого учителя и поэтому задача преодоления этого уровня цифрового разрыва востребована им самим и идет без дополнительных усилий извне. А, вот, осознание смыслового уровня разрыва (трансформационного по версии докладчиков), когда приходит осознание возможности совершенно иначе ставить цели/задачи перед учебным процессом– остается для многих проблемой.

В этих условиях кажется более продуктивным для понимания контекста отслеживать не столько количественные показатели «использование ИКТ», сколько цели изменений– чего учитель хочет достичь, используя цифру?

Если относиться к цифре, прежде всего, как к новому средству коммуникации, то весьма оправданы показатели, что цифра выросла в долевом применении при подготовке к занятиям, а не на самом занятии. Самый продуктивный вариант учебного процесса сегодня– «перевернутый класс». А, значит, при подготовке надо ковыряться «цифрой», а на уроке очно и устно бурно обсуждать. Значит ли это, что цифра не применялась? Тем более, что реальную долю измерить невозможно, а только социометрически, то есть в зависимости от субъективного восприятия людей. А, ведь, они сегодня могут весь день перестукиваться в мессенджере и не отрефлексировать, что это цифра– слишком органично уже.

Про инфраструктуру там же посетовали и сами же ответили, что при желании можно без госбюджета двигаться с опорой на родителей и на модель BYOD/НеСУ.

Мыслей много, но буду заканчивать. Цифра– это другая жизнь. Как не смогли в 90-е измерить эффективность внедрения компьютеров (потому что они меняли процессы– нечего сравнивать), так и сейчас.

Вопросы к онлайн-конференциям

Грусть докладчика на площадке одного из лидеров рынка сетевого обучения: «Мне не хватало ваших глаз».

• Зачем надо было выставлять докладчика живьём, а не в записи?
• Зачем было сидеть всем одновременно под экраном, а не только на сессии вопросов-ответов?

Позволю себе гипотезу— если дать запись доклада, то на вопросы-ответы никто не придёт. Ну, или придут полтора инвалида.

• Так, может, и не надо было собирать, если не придут?
• А как же придать значимость площадке?
• Почему на синхронное сидение приходят? Неудобно отказать?

Приходить очно не было альтернативы, а в сети с тем же успехом, когда есть время/желание, намного удобнее смотреть запись.

Гипотеза: эмоциональный резонанс на онлайн-мероприятии может происходить от осознания, что с тобой вместе то же самое слушают хорошо знакомые и всеми уважаемые Х, У и даже Z. Когда в одиночестве смотришь запись, не известно, кто слушал и как реагировал. Мои зеркальные нейроны растеряны, нервно дребезжат от непредсказуемости разброса оценок авторитетов: это полная фигня или умопомрачительный шедевр?

Нужно научиться работать с эмоциональными потребностями масс в новых условиях, чтобы получать максимум от новых цифровых форматов в их дистанционности, чтобы участникам было, на что ориентироваться, чтобы предварительное ознакомление с материалом обсуждения было нормой и условием вхождения в сообщество.

Доклад без вопросов считается признаком неудачности опыта. Рядовой докладчик потерпит, а именитый скажет, что у организатора тупая аудитория, и больше не придёт.

Почему на очном докладе вопросы задают, а на онлайн с вопросами часто проблема?

• На очной сессии все сконцентрированы на докладе. Это усиливает эмоциональный резонанс и оперативное обдумывание сказанного.
• На онлайн-сессии люди расслаблены, могут отвлекаться на окружение, сильнее подростковая реакция «а что сразу я?»

Зато в соцсети со свободным офлайн-режимом проблем с реакцией в виде вопросов и собственных мнений обычно нет. Это значит, что вынос докладов и первичных реакций на него в асинхронный режим более выигрышен для интересных сообщений и более проигрышен для неинтересных. Зато возникшие офлайн-дискуссии весьма продуктивно выносить онлайн, а в более острых версиях дискуссий не обойтись без очной встречи, на которую по итогам офлайн-обсуждения приглашать самых активных и заинтересованных. Остальные посмотрят трансляцию или запись, не отвлекая на себя лишнее внимание.

Неинтересным может оказаться не только слишком простой/скучный материал, но и слишком сложный. И это тоже полезный эффект.

• Сложный материал дальше можно либо изложить более понятно, либо привлечь к нему внимание с помощью коллег, понявших и заинтересованных во внесении его в общественный дискурс.
• Простой материал потеряется без привлечения внимания и менее рискован для авторов. Это и гуманно, и дарвинистично одновременно.

Рискну предположить, что главное препятствие для переноса дискуссий в офлайн-формат вместо странных синхронных сидений онлайн, следуя привычке очных мероприятий,— это формальная отчетность журнальными статьями и научными конференциями. Непонятно, как приравнять офлайн-обсуждения этим отчетным требованиям? Может, кто-то из авторитетов в науке сможет найти формат/условия для научной отчётности при работе на коммуникационной офлайн-платформе, сопоставимой с журналами и конференциями?

Думаем! Изобретаем! Пробуем! Хватит сидеть хором под экранами, если можно это делать более удобно и продуктивно. Нам мозги для того и даны, чтобы не заниматься дурью!

(цепочка мыслей, сначала изложенных в facebook)

Цифровой профиль в образовании

Этот текст родился как впечатления по следам одноименной секции на ММСО-2021 , которую мне предложили провести, видимо за неоднократные публикации-размышления на тему.

Сам факт появления такой темы на салоне можно рассматривать как следствие сообщения летом 2021 года об экспериментах Министерства просвещения с цифровыми профилями. На него по просьбе коллег я делал отклик, где обратил внимание на невнятные описания, смешение понятий «профиль» и «портфолио».

Эта тема не только обсуждается, но и реализуется, причем все чаще. На 50-минутной секции нам удалось вкратце обсудить с авторами некоторых реализаций цифрового профиля их подходы к этой новой цифровой сущности.

Видеозапись доступна на сайте ММСО-2021 и на YouTube.

Несколько ссылок на предыдущие рассуждения, кто с ними не знаком и чтобы было понятнее мое текущее впечатление:

• Концепция ЗУН2
• Модель мегакомпетенций ISPEC
• Конкаст/преддоклад на 16 минут «Цифровой образовательный профиль»
• Обсуждение с коллегой на полчаса «Цифровой профиль» (звук)
• Доклад о «Цифровом профиле»
  • 30 мин. видео с онлайн-конференции «Смешанное обучение» 26.09.2021 (начиная с отметки 11711сек)
  • или 22 мин. аудио (из видео, подчищено и размечено на части)

Перед секцией мы успели собрать данные о направленности профилей всех участников: на какую аудиторию они нацелены, с какой целью, какие полезные качества профиля могут быть использованы участниками, авторами профиля и окружения... В общем, целились в смыслы обсуждаемых проектов. Было много общего, но и много различий– в том и видели смысл обсуждения:

• Один был ориентирован на соответствие разным моделям профессиональных компетенций в логике профориентации
• Другой был тоже в логике профориентации, но был ориентирован на сбор результатов, больше похож на портфолио достижений, причем подтвержденных профессиональным сообщесвом.
• Еще один был ориентирован на личные качества, soft skills
• И один– в логике накопления освоенных учебных курсов по индивидуальной учебной программе для поддержки образовательной субъектности.

Мне особенно интересен был вариант Новой школы, потому что авторы после нескольких лет разработки и опробирования пришли к признанию его неудачности. Негативный кейс на этапе создания новых всеобъемлющих инструментов особенно важен! Оказалось, что ученикам важнее само действие в учебном процессе, а не его отражение в профиле– это для них ненужная скучная формальность, а не основа для рефлексивных переживаний и самопознания. К сожалению, представитель Новой школы не смог очно присутствовать– нам пришлось ограничиться роликом его выступления и моим переизложением нескольких акцентов по итогам предварительного обсуждения лично.

Профиль-портфолио-цифровой след

Это только один из интересовавших меня вопросов– о соотношении понятий,– который нам удалось сравнительно подробно обсудить, помимо общих рассказов представителей о идее их профилей. Эти часто смешиваемые сущности последнее время на слуху и для многих звучат как синонимы. Мне они не видятся синонимичными, поэтому было интересно мнение коллег, работающих в логике своих решений.

Для одного они все показались синонимичны. Зато другое мнение довольно внятно развело эти сущности по углам и созвучно моему подходу:

• Цифровой след– это разные артефакты деятельности человека в сети.
• Портфолио– это коллекция личных достижений человека, в том числе в цифровом отражении/способе хранения.
• Профиль– структурированная формальным образом совокупность данных, качество/достоверность которых оценена квалифицированными/компетентными специалистами.

Тема о цифровом следе активно муссируется в логике машинного обучения, больших данных, и чревата большими издержками по причине сомнительности наборов данных, эвристик рекомендаций/выводов, значимости экзистенциальных последствий по психологическим причинам.

Тема о портфолио очень скользкая– я об этом писал еще в 2013 году. Тем не менее, она все чаще поднимается и все так же аморфно. Это настораживает, потому что рискует привести к аморфным решениям.

Тема о профиле спотыкается о логику его построения.

Отдельная проблема/беда про их ведение, хранение, доступ. Судя по публичной риторике, высока вероятность решений в духе «Большого брата». Сейчас эта логика все больше пугает, потому что из возможностей цифровых технологий по централизации («цифровой концлагерь») и широте возможностей выбора («экосистемность») все больше заметна тенденция к «лагерю» под красивый треп об экосистемах.

Для масштабных проектов, затрагивающих всех, в моем понимании, надо аккуратно и постепенно двигаться, чтобы не напутать и не навредить. И тем временем внимательно наблюдать за развитием разных частных инициатив типа обсуждаемых на секции– они покажут удачные и неудачные подходы безопасным органичным экосистемным образом.

Я бы предложил начинать с интеграции привычных и простых параметров, которые не приведут к неожиданным и непредсказуемым последствиям– с оцифровки данных типа студенческой зачетки: список изучаемых курсов, которые зачтены как освоенные. Их сравнительно несложно стандартизовать и выстроить в нормативно определенной последовательности– это позволит их оформлять более наглядно графически по принципу спектра. Можно обсуждать, что использовать в качестве уровней освоения. Можно опереться на привычную 5-балльную модель, а можно подумать о чем-то более функциональном и качественно значимом. Именно такие подходы реализуют возможности централизации органов властной ветикали с максимумом смысла и минимумом рисков для всей системы образования.

PS. 13.10.2021 Конференция Цифровые следы в образовании

05.06.2025: Национальная ĸадровая инициатива - Сильные идеи для нового времени